— Прости, что задержалась, — прошептали мои губы тихо.

— Я прощу тебя за то, что ты ушла, — хмуро ответил собеседник. — Если, конечно, ты объяснишь мне причину подобной выходки. И сними, пожалуйста, этот дурацкий парик, — раздраженно добавил он, скривившись.

Я выполнила его просьбу, которая больше походила на приказ.

— А теперь говори, — сказал Северин, когда моя прическа стала естественной, хоть и запутанной, потому что под рукой не оказалось расчески.

— Я видела твои фотографии с двумя рысями, — тихо начала я, виновато глядя на его каменное лицо.

— Ты была у Шинко, — простонал он, прикрывая глаза ладонью. — Зачем?

— Чтобы узнать о тебе то, о чем ты мне говорить не хочешь! — гордо вздернув подбородок, объявила я. — Почему ты сам не навестил старика?

— Это прошлое, когда умер я, не стало и его! — ледяным голосом произнес Алекс, глядя куда-то мимо меня.

Я разозлилась. Он пытается отстраниться от того, что является его неотъемлемой частью. Но ведь так нельзя. Думая о себе и своих чувствах, мой собеседник забывает о том, что и Кирилла кто-то любил, и этот кто-то до сих пор помнит его.

— Нет, дорогой, это не прошлое, это твой страх перед встречей с ним, — процедила я, подавшись вперед.

— Ты меня обвиняешь в трусости? — темные брови взмыли вверх, изобразив удивление.

— Нет, в эгоизме!

— Но почему?

— Потому, что Владимир Павлович достойный человек, и он вправе знать, что ты жив, — я саркастически усмехнулась, заводясь все сильнее. — А знаете ли Вы, мистер "Инкогнито", что Ваш старый добрый учитель не может позволить себе к юбилею открыть собственную выставку, потому что не имеет на это достаточных средств? Нет, Вы не знаете, Вам просто наплевать! Вы не хотите набрать семь коротких цифр и спросить у него: "Как дела?" Вам это, совершенно, безразлично. Так кто Вы после всего перечисленного, не эгоист, уважаемый Александр, или, может, Кирилл?

Выслушав мою тираду, мужчина негромко проговорил:

— Он мечтает о выставке?

Я бессильно опустилась на край дивана, ну неужели лед тронулся, и в глазах собеседника появилась заинтересованность?

— Да. Ты хочешь ему ее подарить?

— Я над этим подумаю, — Алекс усмехнулся, в его голосе не было больше раздражения, он стал мягким и вполне дружелюбным. — Кстати, не одолжишь ли ты мне номер телефона Шинко?

— С удовольствием, — я так обрадовалась его словам, что тут же полезла искать желтый листочек с заветными цифрами. — Вот!

Собеседник взял бумажку и спрятал ее в нагрудный карман. Потом он снял с плеча кота и пустил его на пол осваивать новую территорию, чем Тафа тут же и занялся.

— Ну а теперь, может, все-таки отпразднуем мои тридцать восемь лет, Элис?

Я улыбнулась, разглядывая его осунувшееся, усталое лицо. Как подло было с моей стороны уйти сегодня, не предупредив о своем решении и даже не позвонив имениннику в течение дня. Мне стало досадно. Хотелось загладить грехи, но, как это сделать, я, увы, не знала.

— Могу я чем-нибудь помочь? — подарив мужчине робкий взгляд из-под опущенных ресниц, поинтересовалась я.

— Да. Переоденься, пожалуйста.

— Во что?! — я опешила от неожиданности.

— В свое изумрудное платье. Я хочу, чтобы сегодня ты одела его для меня, а не для этого мерзавца Ларина.

Весьма исчерпывающий ответ.