Для усиления обороны Скалы, в ее известняке был проложен лабиринт туннелей и подземных сооружений. Глубоко внутри мыса находился целый подземный город, созданный британскими и канадскими инженерами при помощи буров с алмазными наконечниками. Он располагал собственной электростанцией, госпиталями, казармами, а также запасами воды и продовольствия, рассчитанными на 30 000 личного состава. На самом деле, Скала была скорее в этих милях туннелей, чем в комплексе наземных сооружений.

Проведенные через этот лабиринт длинных туннелей, Орлов и Рыбаков оказались в защищенном бункере, занятом британской Секретной разведывательной службой, или МИ-6. Те тоже долго и внимательно изучали пистолет Орлова, и задали много вопросов, когда им удалось найти человека из русского отделения, который мог выступить в качестве переводчика. Вскоре они также направили запросы в другие разведывательные службы, группу анализа военной техники МИ-10 и отделение Восточной Европы в МИ-3.

История Орлова не складывалась. Самым необычным было его оружие, в особенности изумивший их странный прибор, испускавший тонкий узконаправленный луч зеленоватого света. Ничего подобного они раньше не видели. У МИ-6 было немало собственных хитроумных приспособлений — встроенных в часы, кольца, цепочки для ключей, зажимы для галстуков, ботинки — но это их совершенно ошарашило. Объяснения Орлова, что это был не более чем фонарик, их не удовлетворили, а лишь усугубили подозрения.

Разведывательные службы серьезно интересовались любой советской деятельностью в водах в районе Гибралтара после знаменитого «инцидента» с участием странного военного корабля, из-за которого на место событий был вынужден примчаться весь Королевский флот. Там случилось морское сражение у побережья Испании с участием линкоров «Нельсон» и «Родни», участвовавшими в операции «Пьедестал», однако затем вся информация была очень серьезно засекречена. По «солдатскому радио» поползли слухи о том, что отчаянный французский капитан вывел линейный крейсер «Страсбур» из Тулона, чтобы укрепить силы режима Виши в Северной Африке перед операцией «Факел». Но очень немногие могли поверить в то, что один корабль мог нанести такие повреждения двум британским линкорам. Еще меньше поверивших в это было в МИ-6, которое начало разбираться в этой истории — пока им недвусмысленно не намекнули, что именно этой линии они должны были придерживаться.

Однако затем поползли слухи о том, что этот корабль был не французским, а советским, а один матрос утверждал, что присутствовал на встрече адмирала Джона Тови с адмиралом с призрачного корабля, пропавшего в тот же день. Больше об этом инциденте ничего известно не было.

Корабль, чем бы он ни был, был «отконвоирован» к острову Святой Елены на время войны. Это была еще одна официальная версия, хотя сразу же поползли странные слухи. Когда ветеран-ныряльщик Лайонел Крэбб направился в специальную командировку на остров Святой Елены, слухов поползло еще больше.

Крэбб, получивший от американцев на Скале прозвище «Бастер», был приятным человеком и опытным водолазом, сыгравшим важную роль в противодействии попыткам итальянских боевых пловцов совершать диверсии в порту. Он регулярно совершал погружения, проверяя суда на наличие подводных мин, получив за это Медаль Георга. Теперь Адмиралтейство хотело, чтобы он как следует проверил морское дно вблизи острова Святой Елены, где таинственный корабль исчез в тумане в конце августа 1942 года, следуя туда под конвоем двух быстроходных крейсеров. Он не нашел ничего, ни малейшего следа обломков на морском дне. Доклад был погребен под завесой секретности, а Крэбб получил приказ никому об этом не говорить.

Он выполнял этот приказ в течение многих лет, пока однажды в 1956 году не проговорился в баре о том, что на дне у острова Святой Елены не было ничего, даже близко напоминающего остов корабля.