Перед тем, чтобы возвыситься на степень первого государственного человека, он, желая понравиться фаворитке покойного короля, не пренебрегал никакими средствами. Достигнув той ступени политического значения, на которую он хотел подняться, герцог Шуазель не нашел даже для себя нужным искать себе опоры и покровительства в другой фаворитке: он слишком надеялся на себя. Этот человек, со столь твердым и жестким характером, был враг всего того, что могло составлять благо и интерес Франции, его отечества.

Шуазель был для Франции чужеземцем, который постоянно действовал в пользу других государств и ей в ущерб.

Французские войска во время его политической деятельности постоянно были разбиваемы на всем материке; Франция бедствовала, Франция страдала, Франция находилась в зависимости от своей прежней соперницы – Австрии. Итак, герцог Шуазель был настоящим бичом для Франции. Он разорил ее, обесславил, унизил ее в глазах Европы… И действительно, к какому жалкому результату приведена была Франция после затеянной им Семилетней войны!»

1770 – 1774.

Старость Людовика XV. – Он делается скучным и печальным. – Маршал д'Армантьер. – Маркиз Шовелен. – Предсказание на праздник Лож. – Маркиз Шовелен на ужине у графини дю Барри. – Игра в вист с королем. – Смерть Шевелена. – Печаль Людовика XV. – Поездки короля. – Графиня дю Барри. – Бомарше. – Композиторы Глюк и Пуччини. – Новые развлечения. – Скачки. – Жокеи. – Придворные дамы. – Воспоминание о маркизе Шовелене. – Аббат Вове.. – Опасения короля. – Заметки об апреле месяце. – Скоропостижная кончина некоторых лиц. – Болезнь короля. – Парижский архиепископ. – Шуазели. – Графиня дю Барри, – Герцог Ришелье.

Людовик XV, которому было только шестьдесят три года от роду, казался десятью годами старее герцога Ришелье, которому было семьдесят семь лет. Людовик XV, некогда красивый мужчина, с голубыми выразительными глазами, с прекрасной осанкой, лишался зрения; Людовик XV делался глухим; Людовик XV делался дряхлым; он не иначе мог сесть на лошадь, как с помощью скамейки, которую ему подставляли под ноги. Скука, которая подобно невидимой фее парила над ним в дни его молодости, сдружилась с ним в его старости; она мучила, терзала его! Сверх того, кругом его совершались те печальные, трогательные события, которые сопровождают людей, долженствующих в скором времени сойти в могилу. Все то, что он истинно любил, к чему сердечно был привязан, пало около него.., исчезло с лица земли! Госпожа де Вентимиль, герцогиня Шатору, маркиза Помпадур: все, кого он любил из своих родных, – сыновья, внуки, жена, невестка и даже друзья.., всех их уже не стало, все они уже навеки с ним расстались. Маршал д'Армантьер, его дядька, родившийся в один год вместе с ним, также умер; оставались только маркиз Шовелен и герцог Ришелье.

Маркиз Шовелен в особенности был со стороны короля предметом особенного внимания. Король особенно как-то интересовался его здоровьем; он беспрестанно у всех спрашивал о маркизе и всегда, казалось, был доволен, когда ему говорили, что маркиз Шовелен, слава Богу, здоров. Такая внимательность тем более удивляла всех, что всякий знал тот эгоизм и ту холодность, которые король обыкновенно выказывал к своим подданным. Итак, повторяем, такая внимательность к Шовелену была большой загадкой для придворных; но им недолго пришлось оставаться в недоумении: в скором времени представился случай узнать причину такого благорасположения к маркизу.

На празднике, данном в масонской Ложе, маркиз Шовелен попросил одного колдуна-шарлатана погадать ему в карты; колдун разложил карты и предсказал ему, что он умрет шестью месяцами ранее короля.