− Что? − улыбнулась в ответ. − Это твой величайший провал?

− Нет Лютаева! Это просто кошмар!!!

− Что? Все так страшно? − вот говорила я ей, модель из меня…

− Не то слово! Прав был Тёмыч, тебя теперь просто разорвут.

− Ксю, давай конкретнее, я что-то тебя не понимаю, − да ещё и опаздываю.

− Лера, это не фотки, это просто бомба! Мне Андреев весь стол закапал слюной пока показывал материал.

− Ксю, а чего он тогда не позвонил? − эти фотки меня почему-то мало волновали в данный момент.

− А ты ждала? − съехидничала подруга.

− Не особо.

− Да он в командировке был, вот и не звонил, − по голосу слышала, что Оксана улыбается. − Так что готовься, сегодня-завтра обязательно тебе позвонит.

− Всенепременно! − и все таки, я была не против ещё пообщаться с этим мужчиной. − Слушай, Ксю, я ужасно тороплюсь, давай в другой раз поболтаем?

− Куда спешишь? Уж не с твоим ли преподом свидание? − у неё все мысли об одном.

− Это не свидание, а производственная необходимость.

− Ах, точно! − я представила, как Оксана бьёт себя ладошкой по лбу. − Он же из этих…

− Из каких этих?

− Ну, как их там называют… феминистов?

− Ксю! − расхохоталась я. − Феминистки − это женщины, а он просто женоненавистник.

− Да не суть! Слушай, давай я тебя возле универа поймаю, фотки передам?

− Давай, только я ждать не смогу долго.

− Хорошо, я постараюсь быстро.

Возле университета мы с Ксю появились одновременно. Она настаивала, чтобы я сразу взглянула на фотки, но я опаздывала к Фомину уже на целых пять минут, которые могут обернуться для меня проблемами, так что, закинув их в сумку, быстро попрощалась с подругой и отправилась на каторгу.

− Ещё раз опоздаете, − встретил меня недобрым взглядом преподаватель, − придётся искать меня по всему университету.

− Простите, Вячеслав Сергеевич, − промямлила, опустив глазки в пол, − подобное больше не повторится, − а про себя думала: "ничего страшного, подождешь, не переломишься".

− Принесли материал?

− Да, − быстро подойдя к столу, вынула папку с бумагами и водрузила на стол.

У Фомина был пунктик, он не любил работать с электронным текстом и просил все распечатывать. Вот странный человек, столько бумаги не жалко переводить.

− Вот, Валерия, возьмите, − он пододвинул мне свою папку и, взявшись за мою, откинулся на стуле. − Посмотрите эти материалы, если возникнут вопросы, спрашивайте. Я думаю, они вам пригодятся.

Угукнув в ответ, взяла папку и уселась за соседний стол. Вооружившись карандашом, стала просматривать материал. И вправду, была какая-то прелесть в работе с бумагой, и читается легче и пометки проще делать.

Спустя минут десять молчаливого изучения текста поняла, что что-то не так. Фомин никогда не молчал столько времени подряд, особенно если было к чему придраться. Подняв взгляд на мужчину, увидела, что он изучает мою папку со странным выражением лица. Что именно скрывалось за этим выражением, понять было сложно.

Я тихонько встала, на что Фомин даже не отреагировал, и подошла к его столу. А когда я поняла, что он изучает, готова была провалиться сквозь землю.

− Твою ж мать! − выругалась, тут же прижав ладошку ко рту.

Мужчина поднял на меня слегка ошарашенный взгляд и пробежался им по мне, словно сверяя подлинник с фотографией.