В строю осталось десять человек, которые ждали команды.

— Десантники, через два дня мы возвращаемся в Черёху. Но у нас есть еще одно дело, которое выходит за рамки нашей компетенции. Наши братья, наши российские граждане находятся в рабстве у известного бандита Аргунского ущелья Саида Эльдарова. Каждого из них ждут матери и любимые девушки. Я не исключаю, что кто-то может погибнуть во время этой операции. Я не исключаю, что возможно погибнем мы все, но мы русские и должны показать этим ублюдкам, что русские смерти не боятся. Уже через два дня мы покинем Шалинский район. Через два дня мы грузимся на платформы и убываем на место постоянного расквартирования нашего полка в Псков. Но кто, кто из вас знает, в чем его карма? Для чего господь послал вас на эту землю? Возможно, возможно бог предвидел этот момент, и в случае смерти примет к себе самого достойного из нас. Если суждено погибнуть мне, то я сделаю это, не задумываясь, потому что это мой выбор! Вы со мной, мои десантники? — спросил Сергей своих подчиненных.

Дружный возглас бойцов возвестил о полнейшем согласии с боевым командиром. В те минуты по спине Сергея пробежали мурашки. Он знал, что нарушает приказ. Он знал, что это должностное преступление, но он не мог поступить иначе. Ведь там, в глубокой каменной яме сидел его друг, который поступил бы точно также.

Сейчас Лютому было удивительно приятно, что эти вчерашние пацаны уже сегодня были настоящими мужиками, которые могли идти с ним даже в ад. Они, его десантура верили своему командиру и каждому его слову.

— Так, так, так! — по-привычке сказал Сергей, как бы подводя черту. — Получить тройной боекомплект и паёк на двое суток. Если прапорщик Загоруйко будет против, я разрешаю взять силой. Под мою ответственность! Приказываю, сержанту Аверину принять командование и на БМД выдвигаться в сторону аэродрома.

Десантники мгновенно приступили к выполнению приказа и, бряцая оружием, скрылись в направлении полкового склада. Лютый, оседлав УАЗ командира полка, рванул с места, поднимая рыжую пыль. Через мгновение он скрылся в направлении бортной площадки.

Пилоты бортов, оставшись временно без работы, занимались своими делами. Кто валялся в палатке и рассматривал мужские журналы, кто в последний раз вместе с технарями ковырялся в машине. Сергей опытным взглядом десантника определил дежурный МИ-8, который стоял почти всегда под «парами». Его пилоты вместе с технарями сидели возле вертушки и на ящиках яростно резались в домино. Приказы на вылет последние дни все реже и реже носили боевой характер. В связи с ротацией войск боевые действия временно не велись, поэтому в воздухе было спокойно.

Лютый в полной боевой экипировке подошел к пилотам и с ехидством, как бы шутя, спросил:

— Мужики, хозяина этой вертушки, где я могу видеть?

— Что ты, Сережа, хотел? — спросил майор Белоцерковский, глядя на Лютого снизу вверх.

— Да хотелось последний раз поглядеть на эти горы с высоты птичьего полета, — ответил старший лейтенант. — Когда еще доведется побывать…

— У нас сегодня день нелетный. Приказа на запуск не было. Вон видишь, полдня в домино режемся. Вся группа сидит в ожидании смены состава. Мы по графику штаба вылетаем, сам понимаешь!?

— Мне, мужики, очень нужно слетать, во, как надо! — Сергей ребром ладони провел по горлу.

— Сергей, ты же знаешь, приказа не было и сегодня уже вряд ли будет. Кому в последние дни умирать хочется!? — сказал майор, не подозревая, что этим своим выражением провоцирует Лютого на более решительные действия.

— Сегодня, мужики, я буду ваш приказ!

Он, передернув затвор автомата, направил его на офицеров полный решимости применить оружие. Его глаза источали свет безумства.