Дзирт и Энтрери охнули, отступая назад, чтобы оказаться лицом к лицу с кричащим Джарлакслом. Словно по команде, они запротестовали, говоря наемнику о том, что им не удержать дверь.

Но их крики оборвались, застревая в горле. Третий дроу присоединился к Джарлакслу и магу Ксорларринов.

На этот раз они покинули комнату легче, их руки соединились в чаше, а мысли слились с помощью магии комнаты и дисциплины Кь’орл.

На этот раз Ивоннель повела её другим путем, не из пещеры, но только в коридор, ведущий к залу прорицаний, где сидела Минолин Фей, ожидавшая приказов Ивоннель. Они парили над жрицей, которая явно не обращала на них внимания. Она тихо напевала, и, к удовлетворению Ивоннель, она могла слышать Минолин совершенно ясно. Прорицание было сильно, как и ясновидение с яснослышаньем, отметая опасения молодой женщины, что псионика может повредить божественной магии.

Ивоннель задалась вопросом, насколько больше опыта могут получить псионики.

Ивоннель сливалась с Кь’орл. Становилась ею!

Вместе они двинулись к сидящей жрице — достаточно близко, чтобы увидеть маленькие вкрапления черного вокруг радужной оболочки глаз Минолин Фей. И еще ближе, так, чтобы один глаз жрицы заполнил собой все видение.

Потом взгляд жрицы сместился, и они посмотрели вдоль коридора. Мысли Ивоннель перестали быть четкими, давая могучей дроу понять, что произошло нечто большее, чем простой поворот их бестелесных форм. Она видела так, как видела жрица, и когда та смотрела в сторону, они повторяли её движения.

Ивоннель попыталась прочитать мысли Минолин. Потерпев неудачу, она стала умолять Кь’орл проделать такой фокус.

Но это тоже не удалось, как и любые сообщения и предложения, которые пара пыталась передать Минолин Фей.

Они по-прежнему видели внешний коридор её глазами, и, что было еще лучше, она, казалось, не знала об этом. Разум Минолин не был разумом Ивоннель, но она была жрицей Ллос, обладавшей некоторыми познаниями и способностями. И все же, она не обращала внимания на прорицание.

Женщины задержались в этом состоянии довольно продолжительное время, очень долгое время, пока Ивоннель не убедилась, что не было никаких ограничений их могуществу и они могли оставаться в голове Минолин Фей, пока хотели, видеть её глазами — и Минолин никогда не смогла бы узнать этого.

Вернувшись в комнату прорицаний, Ивоннель вытащила руки из чаши и глубоко вздохнула.

— Поддерживай связь с Минолин Фей, — приказала она. Кь’орл все еще оставалась в трансе. — Смотри её глазами!

В порыве Ивоннель вылетела из комнаты, оказываясь перед ждущей жрицей.

— Что случилось, Госпожа? — спросила испуганная Минолин.

Ивоннель просто улыбнулась. Минолин Фей понятия не имела о вторжении, и Кь’орл оставалась в её голове, видя и слыша Ивоннель так же ясно, как Минолин.

Да, подумала молодая женщина, это пригодится.

— Ложись! — предупредил Джарлаксл.

Мгновение потребовалось Дзирту и Энтрери, чтобы узнать второго дроу, который уже начал читать заклинание. Сделав это, они предпочли выполнить просьбу.

Стоило только им повалиться на пол — над их головами ударила молния. Они почувствовали излучаемое ею тепло. Разряд пронесся через комнату, ударяя в глабрезу и скрываясь в дальней стене. Пространство вокруг затряслось так, что Дзирт и Энтрери смогли встать на ноги, даже не задействуя собственных мышц, чтобы подпрыгнуть вверх. Воины развернулись, приготовив клинки.

Но как только дым рассеялся, они поняли, что путь впереди свободен от врагов. Совершенно.

И хотя они все еще видели лапы глабрезу, стоявшие в комнате, с обрубленных лодыжек тех поднимался дым.