Потом Брат блюет над краем площадки, а я придерживаю его, чтобы не навернулся вниз.

После этого, сполоснув рот, он учится выпускать ману, сначала на мне. Я же пытаюсь ему помочь, старательно выкачивая энергию при контакте. После получасовых попыток, низ живота у меня теплеет, и плотина оказывается прорвана, теперь Брат тренируется, набирая ману от меня и выпуская ее обратно.

— Тебе придется здорово постараться, чтобы за три дня набрать хотя бы второй уровень, с которым уже можно что-то делать, — говорю я ему.

Все-таки, с учителем, хорошо заинтересованным в освоении магической науки своим учеником, обучение совершает прямо чудеса, настолько быстро прогрессирует мой Брат рядом со мной.

Теперь я еще отчетливее понимаю, как динамил меня Фатих в своей башне, целых полтора месяца. Выдавая знания, только те, которые казались ему не опасными для него самого, по капельке, как самый жадный жлоб. Я, ведь, это чувствовал, на самом деле и никакой благодарности к Учителю не испытывал, понимая, что он просто издевается надо мной. Собирается использовать, как пушечное мясо, как, по итогу, и использовал своего единственного друга, но со мной такой номер не прошел.

Умер он, все-таки, слишком быстро и просто, как я теперь понимаю. И собираюсь это исправить в недалеком будущем.

Оставшиеся пару дней мы с Братом плотно занимаемся его обучением, спит он на Столе, потом, с утра мы тренируем умения, он записывает тем же простым карандашом полученные от меня инструкции и знания на листы, которые я отбираю из своих записей, так же тщательно перенося содержимое на другие, где имеется свободное место.

С моей поддержкой, Брат все же дошел до второго уровня по магической энергии, до первого по силе и такого же по энергии. Я прошелся по всем его органам лечащим артефактом, он — по моим и скажу сразу, жить стало веселее и легче. Даже моя постоянная чувствительность зубов к холодной воде прошла, и я смог на своем примере оценить, насколько это потрясающе. Проблемы со спиной, постоянно мешающие мне двигаться, как в молодости, тоже исчезли разом, и я наглядно почувствовал, что значит — вернуться в счастливое время своей молодости и еще крепкого здоровья.

Последнюю ночь, перед его перемещением, мы не спали и проговорили до самого утра. Я повторял инструкции, как вести себя в Храме, после перемещения и предупредил Брата, что и сам собираюсь вернуться этим же путем в свое время и, самое главное, что обязательно потребуется, это, чтобы место, где находится Храм — осталось неизвестным абсолютно всем.

— Обещаю тебе, Брат, что не узнает никто. Я сам убьюсь, если попаду в совсем безвыходную ситуацию и, воскреснув в Храме, подумаю, идти в Осетию и дальше или вернуться к тебе, в Черноземье. Я помню, что часто такие переходы делать нельзя, поэтому буду думать, как поступить. Если, вернусь сюда, я знаю, где взять местную одежду и что рассказать людям. Что я, твой брат-близнец, из далекой Коляндии и ищу брата Колю, то есть, брата Ольга.

Мы договорились, что, через пару лет, он, с двумя загранпаспортами, приедет в Грузию и будет ждать меня в Храме, для чего сопоставили даты в обоих мирах, чтобы оказаться рядом по времени, с разлетом на один-два дня.

В свете учебы и новых знаний, мой близнец, кажется, позабыл о своей семейной проблеме, и я надеюсь, что он даст уйти охладевшей к нему женщине свободно, не примется удерживать ее новыми способностями.

Ну, посмотрим, может, еще вместе погуляем в Питере и Тбилиси.

С собой я выдал ему обе пары непонятных мне артефактов, похоже, что для лечения, но, применить друг на друге и понять принцип работы мы не догадались, тем более, времени и так не хватило на все.

Брат оказался таким же любителем бани и пообещал мне ходить в нее исправно, набирать ману и стараться прокачать свой резервуар и потенциал.

Утром, нагруженный мешком с парой плащей, чайником и запасом еды, спичками и артефактами, Брат полез в капсулу, крепко обняв меня напоследок.