Вечером я отправился в «Жаровню», по дороге пройдя мимо того же низкосортного трактира, где тогда нарвался на нехорошее отношение ко мне, как к гильдейскому, со стороны зарождающего криминала. В этот раз ни с кем столкнуться не пришлось, на улице около самого заведения никого не оказалось, хотя, я бы с удовольствием повторил тот жесткий разбор с Рябым.

В «Жаровне» так же отдал свой длинный кинжал на входе и, осмотревшись, подсел к Охотникам, рядом с Драгером. Из парней здесь я узнаю троих человек, только Понса и Кроса я не вижу и по, сумрачным лицам Охотников, понимаю, что все пошло не так, как в тот раз.

Сразу заказываю бутыль ресы и разливаю по стопкам парням. Мы первым делом поминаем павших товарищей всех присутствующих, кроме меня, ведь я пока к Гильдии отношения не имею, просто сижу с ними за столом, как знакомец.

Понемногу история битвы на опушке, произошедшая теперь без моего участия, раскрывается передо мной, благодаря называемым именам павших и моим уточнениям. В этот раз спереди погибли четверо Носильщиков, сзади тоже почти все молодые пострадали, выжил только один с правой части каравана, рядом с ним двое погибло и один умер в Сторожке. С моей стороны погиб еще один Носильщик, Понс тяжело ранен и Крос тоже ранен, но, полегче, должен выжить.

У Понса разрублено плечо и в Гильдии ему теперь не служить, если еще выживет.

Лучник со второй подводы поддержал в этот раз хвост каравана и не дал Мечнику Крыс разгромить его полностью, сначала ранив его и, потом, добив в шею.

Из-за того, что лучники разделились, спереди погибли почти все Носильщики, но, задняя часть как-то отбилась и Мечник не смог довершить полный разгром с тыла, хотя в строю остались только Крос, уже раненый, и парень справа, остальные уже не могли оказать сопротивления или были мертвы.

Вот она — роль личности в истории, как оказалось — мое участие спасло кучу народа, наверняка, и поднятая мной тревога, но, главное, мое непосредственное участие в бою, двое выведенных из строя Пришлых Крыс и убитый Мечник, все они не успели натворить серьезных дел.

Но, это, в тот раз, теперь же погибших и умерших оказалось в два раза больше. Получается, еще с двумя Охотниками, пропавшими на стоянке, погибла четверть Гильдии.

Услышав про Тонса и Карна, я навострил уши, но, ничего больше не узнал, только то, что шкура гигантского Корта пересохла и теперь ее не продать.

Посидев еще час с парнями, чокаясь и поминая погибших, потом я вернулся в «Лису», где выступает сегодня Грита, со своим новым хитом, песней про город золотой.

Глава 19 БОЙНЯ В ТРАКТИРЕ И МЕСТЬ ГРИТЫ

В «Лисе», все-таки, народ почище и пиво серьезно получше, «Жаровня», по сравнению с моим любимым трактиром — просто шалман, дешевый и качеством пониже серьезно.

Я поздоровался с приятелями, обсудил с ними новые арбалеты, пробивную силу стальных луков, пока не пришло время выступать Грите с ее новым музыкантом, Скопом, которого я ей нашел по старой памяти. Дядька он пожилой, очень хороший аккомпаниатор, по-моему, даже получше, чем молодой Музыкант, но Грита с этим не согласна, скорее, не хочет бросать своего более старого сотрудника, да еще и влюбленного в нее.

Да и не долго осталось ждать развязки, поэтому, я не настаиваю.

Мы встретились за столиком Гриты и поужинали, как всегда, отлично.

Девушка хорошо приоделась, на те пару золотых, которые я ей вручил и теперь намекает, что еще много очень нужных ей вещичек остались не купленными. Я мог бы ей помочь, только не хочу приучать и сильно баловать, поэтому отвечаю уклончиво:

— Милая, сейчас непростой период, требуется подождать осьмицу-полторы, когда Ратуша закупит наш арбалет, тогда с деньгами все будет отлично.

— Хорошо, — соглашается Грита, оторвавшись от тушеной с капустой свинины, — Я подожду, только тогда придется тебе раскошелиться на новое платье, мне пора обновить гардероб.