— Как там этот придурошный астриец, которого я стрельнул? Признается в своем преступлении? — на всякий случай поинтересовался я.

— Признается? Да он такой спесивый, только и орет, что мы все заплатим страшную цену за этот болт, что мы вонючие селяне и такое прочее! И требует побольше ресы, мол, рана болит очень. Не жилец он, меня, если честно, уже довел. В могиле одной ногой, но разговаривать не собирается, поэтому наши ему кляп забили, чтобы оскорбления не слушать. Хорошее ты дело сделал, честно говоря, вот тебе мое мнение, — неожиданно закончил старшина

— Да ничего, за дело же, — и я попрощался с ним, вышел на улицу из Караулки.

Да, дело такое, в тот раз долго город с Астрией выяснял отношения, кто виноват и кому за провинность платить. Виноватым назначили музыканта и всех погибших, оглушенного дворянина, впавшего в кому, повезли в крепость, чтобы отдать родне, так он по дороге и умер, от тряски или от того, что месяц не ел нормально.

Я потом купил на деньги, выделенные городом в качестве награды за помощь в розыске и поимке крупнейшей контрабанды в истории Черноземья, торговый дом в красивом здании, за тысячу двести тайлеров без тридцати, у впавших в опалу из-за этого случая астрийских купцов, рискуя нарваться на недовольство городской власти. И отдал сразу же восемьдесят процентов в пользу города, собираясь потом отстоять право на оставшиеся двадцать, но, больше в той жизни в город так и не попал, не рискнул даже появиться, не то, чтобы требовать свою долю от города в Ратуше.

Посмотрим, как сейчас все пойдет, удастся ли мне все свое знание обернуть к пользе или, снова вмешаются непреодолимые обстоятельства. Все же чужак я для местных, ничего не скажешь, еще и спрятавшийся на безопасной стороне Сиреневых гор, во время всеобщей беды.

Да, тогда мое знание, где находится Храм, легкомысленно подаренное Кремеру и Учителю, скажем так — для спасения своей шкуры, сыграло плохую шутку и со мной, и с одним из магов, которому не повезло попасть в почетный плен и начать трудиться на благо города, вычищая магическую агентуру.

Из-за этого мага я не смог вернуться в город и отправился на Север, проходить обучение и в итоге все сложилось, как нельзя лучше. Я стал, по итогу, самым сильным магом в этих землях, спас Черноземье от кровавой, разрушительной войны и узнал, как ходить между мирами, пусть, даже, знание это оказалось не совсем полным.

Главное я все-таки нашел в пыльных шкафах Великих магов, наглотавшись при этом и грязи, и пыли вволю.

Не говоря уже о четырех палантирах — Источниках и диковинном бластере, гарантированно обеспечивающим уничтожение любых магов со всей их защитой, очень вовремя, кстати, пополнивших мою коллекцию редких и редчайших предметов. Без фузеи исход населения из башен оказался бы гораздо сложнее и тяжелее.

Вернувшись в мастерскую, я проработал до вечера, после чего на тренировке мне пришлось всем рассказать, что произошло вчера и как я посчитался за Гриту.

— Ты правильно поступил, против астрийского умельца у тебя не было шансов, чтобы выжить в бою на ножах, — заметил, довольно в тему, Генс.

— Я уже три месяца тренируюсь наравне с вами и проигрываю тому же Торку все пять схваток из пяти. Наверно, ты прав, — подумав, подтвердил я слова светлоголового командира взвода Гвардии.

— Знаешь, Ольг, я сам не уверен, что обязательно смог бы победить дворянина из Астрии. В любом случае, без порезов точно не обошлось бы, — подтвердил слова приятеля и сам Торк, — Они там упражняются с ножом и клинком с самого детства, формируют мышцы и сухожилия по пятнадцать лет и занимаются каждый день, не тратя время на службу и походы.

— Очень опасные соперники, — подвел итог кто-то из парней.

— Ну, я тоже так подумал и решил просто пристрелить подонка, который ударил Гриту по голове, — усмехнулся я и предложил начать разминку, как я люблю, долгую и серьезную, до первого пота.