— Парни, все запомнили, что меня зовут баронет Ольг Фольвио и я из Астрии?

— Запомнили все, — ответил Торк.

— А вы знаете, кто этот баронет?

— Откуда? Мы в дворянском сословии Астрии не разбираемся, — осторожно заметил Трагер.

— Да я тоже не разбираюсь. Так звали того дворянина, которого приголубили кочергой в трактире Мортенса и он, вроде, умер по дороге домой, — поясняю я, чтобы народ знал, где я взял свое новое имя.

— Так очень удобно ехать, я — дворянин, но, не местный, плохо говорю на корли, местном языке, поэтому проверить меня досконально очень трудно, да и не положено дворянам проверять друг друга, оскорблением попахивает такое дело.

После того, как мы устроили тайник, наш караван отправился прямо к морю, чтобы через два-три дня оказаться в районе, где Гинс начал узнавать знакомые городки и поселения. Он рассчитывает подъехать к своему Пельтуму со стороны, откуда всходит на небосвод светило, только понимает, что в тех местах его могут легко узнать, поэтому маскирует лицо, как бы от солнца.

Следующую ночь провели на постоялом дворе, куда приехали в ночи и взяли себе отдельный номер за пол золотого и ужин заказали туда же. Единственно, когда заходили, какая-то местная кодла, заседающая за главным столом, отпустила что-то нелицеприятное по поводу Трагера. У него, одного, вид приличного человека среди разведчиков, смерть в глазах не так явно видно, поэтому, до него и докопались.

Здесь такие слова нельзя спускать, за ними неминуемо последует продолжение.

Ну, это бандиты еще не видели меня, входящего последним, после того, я отдал свою кобылу в руки местному конюху и проследил, где ее пристроят, заодно сняв дорогую суму с седла.

Пришлось подойти к ним сразу, сурово посмотреть, дать оценить свой дворянский вид и положить длинный кинжал на стол, держа рукоятку в руке. Посмотрев на мое надменное лицо, члены местной преступной организации не стали искать приключений на свои задницы, да и не положено им такое делать. Если бы я оказался один, возражения могли бы и последовать, но, разведчики, молча вставшие за мной в ряд, остудили всех желающих поговорить.

Все, как всегда, в этой стране, найти постоялый двор на дороге, без сидящих там в поисках подработки, обычного грабежа, бандитов — непростое дело. Подводу и лошадь оставили под окном и часовой менялся всю ночь, ведь в сене осталось все оружие, кроме моего копья, с которым и дежурил часовой.

В номер попросили обильный ужин и горячей воды нагреть, чтобы помыться на конюшне, мыть грязь, нервное напряжение и пролитую кровь с себя.

Растянуться в кровати, относительно чистым, после хорошего ужина — такие моменты нужно ценить, поэтому уснули рано, около восьми вечера и встали около четырех, как и задумывалось, чтобы уехать пораньше и не встречаться с местным дворянством.

Теперь, удалившись от места последней схватки на добрых семьдесят-восемьдесят километров, мы можем немного расслабиться, а наличие рядом с подводой вооруженного дворянина снимает почти все вопросы. Так что, покатили мы основной дороге, не стали искать проселочные.

Попавшийся солидный город объехали рядом, не рискнув проехать через него. И так, несколько раз попадались группы дворян с охраной, скачущие навстречу или обгоняющие подводу и я поймал несколько недоуменных взглядов из этих кавалькад.

Понятно, что я слабо похож на местного представителя благородного сословия и рано или поздно кто-то задаст мне вопросы. Но и настолько я не выделяюсь, чтобы начать интересоваться, кто я такой, значит, все в пределах негласной нормы. Даже меч повесил сбоку, чтобы не выделяться в пути от местных.

В прошлый раз все оказалось примерно так же и ничего, до гор мы, сначала, вчетвером и потом только вдвоем добрались, без особых проблем. Правда, тогда я ехал в одежде терумского дворянина и с легендой астрийского, сейчас в одежде, частично, местного производства, но, без герба и прочего своеобразного паспорта, сразу же характеризующего своего носителя.