По дороге постоянно смотрю, что происходит на месте засады и понемногу успокаиваюсь. Трагер уже не стреляет, одна фигурка так же контролирует склон, вторая — лежит на спине. Продвижение противника отбито, есть потери среди личного состава, как всегда, нежелательные.

Когда, через пять минут сплошного бега, весь мокрый, я оказываюсь около парней, первое, что я вижу — гримасу боли на лице Вилсера, старающегося занять место на камнях, так, чтобы меньше тревожить болт, торчащий из груди.

— Как вы? — спрашиваю Торка и он приглашает меня к склону, посмотреть вниз.

На каменном склоне лежит пара замерших фигурок, обычные стражники.

Но, внизу, на более-менее ровном месте, метрах в ста от нас, столпились на маленькой площадке наши преследователи. И, не все они стоят, двое лежат, это точно.

— Подпустили их поближе, — возбужденно начинает разведчик, — Дали залп, завалили двоих первых наповал, тропу перегородили телами. Только дворяне, в хорошей брони, нам оказались не так уж и по зубам, от доспехов болты рикошетят, как показал второй выстрел. Хорошо, что грамотная позиция Трагера не давала им попробовать подняться. Так то, они, вытащили арбалеты, взвели их и стали стрелять по нам, постоянно держа под прицелом склон. Могли бы забраться наверх, но, лучник, все же, достал двоих дворян. Убил или ранил, не знаем, но, они сами скатились вниз, тогда и остальные отошли.

— Что с Вилсером делать? Болт глубоко вошел, — встревоженно подскочил Хонс, осмотревший раненого.

— Что, что… Дайте ему побольше ресы глотнуть и я им займусь.

Разведчик спрашивает у Торка, где лежит реса и спешно копается в мешках, потом возвращается ко мне и спрашивает, сколько дать выпить.

— Да хоть все, лишь бы он сам смог идти потом, — отмахиваюсь я.

Хонс подносит к губам раненого свою бутыль и тот долго пьет, понемногу переводя дух и снова припадая к узкому горлышку, понимая, что лучше перенести операцию под таким наркозом.

Даю ему время опьянеть и подхожу к Трагеру:

— Достанешь до них, требуется согнать всех живых вниз.

— Достану и попаду в кого-нибудь, без проблем, — обещает он и пускает первую стрелу в плотную группу людей.

В кого-то он, и правда, попадает, преследователи подхватывают всех лежащих и исчезают за склоном, но, лучник стреляет еще раз и теперь отчетливо видно, как стрела догоняет воина в спину, и он летит вниз с криком.

— Мимо тропы полетел, — усмехается Трагер, — Щитов то у них нет, не стали в горы надрываться тащить. Серьезные бойцы, ничего не скажешь, умело воюют.

— Здесь, все такие, старина, — отвечаю я и, подумав, даю указание нашему неофициально старшему в группе, привык как-то за последнее время командовать.

— Думаю, им, теперь, не до нас. Но, оставайся здесь, я вылечу Вилсера и мы заберем все добро, пойдем наверх. Когда поднимемся на сотню метров, догоняй нас.

Лучник кивает, что, все понял и я возвращаюсь к раненому.

Там все готово, он опьянел уже и лежит расслаблено.

— Торк, на тебе болт. Учитель, держи плечи, Хонс — ты ноги держишь. Как вырвет болт, сразу же стащите кольчугу с груди, только быстро, что кровью не истек, потом я займусь. Все поняли?

— Старина, потерпи и я тебя вытащу. Сейчас сознание потеряешь, очнешься уже, как новенький, — успокаиваю я разведчика.

— Торк, дергай сразу сильно, — шепчет он приятелю и тот кивает головой, примеряясь к торчащему древку болта, довольно толстому и основательному.

Что будет, когда наконечник, с огромной долей вероятности, останется в ране, лучше пока и не думать. Сможет мой артефакт его вытащить наружу или не сможет — я и сам не знаю.