|
А паспорт просроченный — так это нашел потом и перепутал просто, когда в поездку собирался с новым документом. За такое не расстреливают, товарищ начальник. Готов понести заслуженное наказание, оплатить штраф в пару тысяч, — вот как-то так примерно это будет звучать.
Такая у меня будет надежная позиция на допросе. Вполне себе надежная, если я не оставлю своих отпечатков на их вещах. Надеюсь, что в резиновых перчатках точно не оставлю.
Нет, криминальный товар придется оставить при этой парочке. И этот пакетик тоже.
Если его и все остальное обнаружат и конфискуют соответствующие органы, тогда ко мне никаких вопросов не должно возникнуть от наркодилеров. Все будет понятно, курьеры обдолбались и завалили дело с потрохами, товар конфискован, пора считать убытки.
Ну, может и появится кто-то с вопросами, можно так же выступить невинным свидетелем того, что сам не можешь объяснить.
От чего они так сдурели? То есть, просто отключились незаметно?
Однако, что теперь с ними делать, им же в Москве выходить? Ждут их там с товаром, наверно, очень ждут.
Держат их появление на перроне под контролем, не зря они несколько раз в день эсэмэски отправляют, каждые четыре часа. Как роботы прямо и еще напоминают друг другу постоянно про это дело.
Если я их выведу, как добрый человек, на перрон с вещами, мне же эти вещи нести придется.
Ту же наркоту перенес на пару метров — уже заработал лет восемь. В лучшем случае.
Если потом полиция просмотрит камеры и увидит мое деятельное участие в выносе сумки или чемодана с товарной партией наркоты.
Вдруг их уже отслеживают с таким товаром, а меня тут же примут с багажом в руках, как сообщника. Доказывай потом недоверчивым ментам про свое просто желание помочь сердешным недоноскам, когда на ручке чемодана твои отпечатки остались.
Ладно, я сразу проверил, как тела с отсутствующим взглядом реагируют на мои команды и вскоре убедился, что вполне нормально. Если дать в руки чемодан и надеть сумку на шею, вполне спокойно можно вытолкать их на перрон и там оставить.
Ведя за руку и постоянно управляя телами с помощью ясных и понятных команд, а то они под вагон обязательно упадут. Нет, точно грохнутся, их так просто из вагона не пнешь на выход.
Что-то делать они могут, стоять и ходить, если за руку придерживать.
Только, мое горячее участие в их горемычной судьбе будет явным и вопиюще привлекательным для чужих взглядов.
Той же проводницы с ее помощницей и камер на перроне, а значит, про это узнают все, кому необходимо.
Узнают и точно спросят у меня или моего Брата — зачем мы вывели ничего не понимающих людей на улицу и там бросили? Бросили под танки привокзальной полиции?
— А что мне делать оставалось? У них же билеты до Москвы, как проводница сказала! Вот я и помог пришедшим в умственную негодность попутчикам не пропустить свою станцию! — это я в легкой истерике отвечаю серьезным людям.
— Вот ведь, какой молодец! Только помог, когда тебя, дебила, не просили! А теперь отдай должок за свое участие! А то душа из тебя вон!!! — это уже такая команда с той стороны.
И опять разборка и тела остывают вокруг. Тут ведь не Север Черноземья, так просто в кусты их бросать не рекомендуется. |