— Говорить будешь, когда я тебе разрешу! Понял? — угрожающе спрашивает курносый.

Я молча киваю головой, лишние подзатыльники мне не нужны.

— Ты должен нам денег, — безапелляционно начинает общение курносый, — Наши люди в том поезде имели при себе полтора ляма и то, что ты оставил им сотню тысяч — нам известно.

Так, в этот момент курносый не врет, похоже, что так думает или даже точно знает. Сам бы так точно поступил на моем месте. Ну, о таком они могут просто догадаться и уже так обвинить меня. Украсть деньги, если полиция не успела принять курьеров, кроме меня и встречающих особо некому.

Не проводница же полезла шарить по карманам крепко спящих пассажиров?

Я получаюсь крайним, на меня можно попробовать надавить. Больше не на кого.

Только, почему они через два месяца нарисовались? Неужели собирали доказательства? Ждали, когда курьеры очнутся и что-то расскажут?

Как я и думал, наркомафия подготовилась как следует, хочет теперь взять реванш.

Тем более, вешает на меня недоказуемую кражу. Недоказуемую, если Толик со Светой остались погруженными в себя дебилами. Если же отечественная медицина смогла им помочь, тогда они могут что-то подобное рассказать. Однако, в такое излечение я не верю.

Я уже научено молчу и мужик продолжает:

— Тебе деваться некуда, никто тебя не прикроет, в любом случае везде достанем. Уже всю информацию собрали, так что, можешь крутым не прикидываться, к силовикам ты отношения не имеешь. И тебя, и бабу твою с детьми, и родителей достанем. Что скажешь?

А сейчас врет конкретно, значит, не настроены они расправиться со всеми родственниками Брата. Не собираются заходить так далеко. Да и это странно было бы. Ну, зато явно имеется такое намерение просто пугать меня этим до конца. Отрезают себе путь к спасению, кстати, каждое такое слово понемногу перевешивает весы моего доброго терпения.

За каждое такое высказывание немного прибавляют себе к неминуемому возмездию.

— Я-то здесь при чем? Не знаю, кто взял что-то у ваших людей, я ничего не брал точно.

— Не ерепенься, они нам сами все рассказали.

Снова ложь, значит, рассказать курьеры ничего не могут. Однако, какой-то правды про деньги, если бы их забрали полицейские на вокзале, бандиты могут добиться, если очень захотят. Угрозами или, скорее всего, новыми тратами за откровенность. Похоже, что успели все же перехватить товар на Московском вокзале дилеры и еще проверить кошельки своих курьеров.

Только думаю, что просто решили повесить пропавшие деньги на меня, как подходящего козла отпущения.

Только почему-то через столько времени? Странно это все, должны были край через пару недель появиться с такой претензией! Через несколько дней после встречи с тем солидным мужиком.

— Я даю тебе один шанс признаться сейчас. Заплатишь за свой проступок хороший штраф. Еще отстегнешь на лечение нашим парням. И будешь свободен и счастлив. Если будешь упираться — переместишься сразу в подвал, там будет очень больно. Признаешься все равно и все отдашь так же, только, уже не весь целый. Он тут рядом, далеко ехать не нужно, — медленно говорит курносый.

Тут есть что-то из правды в его словах, а что-то он врет по прежнему. Придется уточнить, а то эти черти уже сжали с обоих сторон, навалились своими телами и дышат мне в лицо невкусными запахами.