Впереди завиднелось облачко пыли и стало быстро приближаться.

— Прошу прощения, эмир, — обратился Тафа к эмиру Алжира, с которым обсуждал тактику атак, к которой прибегали варвары, и обернулся к одному из ехавших рядом с ним офицеров. — Пошли дюжину всадников, дабы они встретили того, кто скачет нам навстречу.

— Будет исполнено, мой повелитель. Офицер развернулся и прокричал приказ скачущим позади него воинам. Те галопом сорвались с места. Поднятые ими тучи пыли скрыли из глаз приближавшееся облачко, но вскоре пыльное облако двинулось навстречу войску.

Тафа поднял руку. Войско остановилось.

Разведчик придержал коня. Он чуть не падал с седла от усталости.

— Приветствую тебя, господин! Я видел орду варваров!

— Расскажи мне о них, — повелел Тафа, не изменившись в лице.

— Среди них много разных народов, господин. Я увидел их с вершины холма, и они заполняли всю равнину, насколько хватало глаз! Они окружили плоскогорье, на котором стоит лагерем войско калифа!

Тафа сразу же понял, что это значит.

— Если ты доставил мне эти вести, один из разведчиков хана мог сообщить ему о нашем приближении.

— Они будут готовы к бою к тому времени, как мы покажемся, — с тяжелым сердцем проговорил его адъютант.

— Они не станут ждать, — убежденно произнес Тафа. — Как только хан заслышит о нашем приближении, он оставит у плато достаточно людей, чтобы держать калифа в осаде, а сам возглавит остальных и тронется к Дамаску еще до того, как мы доскачем до места.

Эмиры, собравшиеся около Тафы, испуганно ахнули. Разведчик возразил:

— Но мы в одном дне пути от Дамаска, а хан — в трех днях!

— Не сомневайся, его воины поскачут быстрее ветра, — заверил его Тафа.

— Хвала Аллаху за то, что мы все верхом — даже копейщики и лучники, — облегченно вздохнул его адъютант. Эмир Алжира мрачновато кивнул:

— Ты был прав, когда настоял на этом, господин Тафа.

— Благодарю тебя, господин эмир, — машинально отозвался Тафа. Сейчас его большое волновало то, как решить стоящую перед ним задачу. Он обратился к адъютанту:

— Сейчас мы поскачем быстрым галопом и проскачем так полмили, затем полмили — шагом, дабы дать отдых лошадям. В таком порядке и будем двигаться дальше, чтобы сравняться по скорости с войском хана, а то и перегнать его. Завтра к этому времени мы должны быть в Дамаске!

Если у Мэта и были какие-то сомнения относительно профессии хозяев галеры, они развеялись на следующий день, когда на палубе вдруг возникло оживление. Слышался топот ног, матросы бегали назад и вперед, а потом забил барабан, и гребцам пришлось приналечь на весла. У Мэта вскоре перед глазами запрыгали черные точки. Сверху послышался крик капитана:

— Право руля! Право руля! Сейчас мы их нагоним!

Вскоре послышался оглушительный треск. Несколько весел с правого борта с силой проскочили внутрь трюма. Два из них угодили несчастным гребцам в живот и проткнули их насквозь. Одно весло ударило гребцу в подбородок, и от удара у того треснули шейные позвонки. Мэт еле успел увернуться, когда его весло вырвалось у него из рук и грозило угодить ему по виску. Он постарался сам держаться от весла подальше и думал только о том, как бы не досталось тем гребцам, что сидели впереди него. А потом весло гребца, сидевшего сзади, ударило его по затылку, и больше он уже ничего не помнил.