Возможно, все четыре девушки были оборотнями, тогда их не могли найти, потому что они были среди тех семи убитых. Я позвонила Джиму, чтобы убедиться в этом, но либо его не было дома, либо он решил меня игнорировать. Сообщений я не оставила.

Ничего не оставалось, я отложила папку. Приближались время обеда и встреча с доктором Крэстом.

***

ВЕРОЯТНО, ДЕКОРАТОР ЛАС-КОЛИМАС глубоко восхищался как ранним ацтекским архитектурным стилем, так и стилем Тако Белл. Ресторан представлял собой безвкусную смесь ярких стендов, пестрых пиньят и искусственной зелени. Постамент с резиновыми черепами, смоделированный по образу настоящих постаментов, которые древние ацтеки заполняли бесчисленными черепами человеческих жертв, венчал длинный фуршетный стол. Маленькая терракотовая копия магических останков располагалась на подоконнике рядом с пластиковыми фруктами, высыпающимися из плетеного рога изобилия.

Интерьер не имел значения. Как только я вошла, меня окутал восхитительный аромат, и я промчалась мимо пятифутового терракотового ужаса, олицетворявшего известного Шочипилли , Принца Цветов, и отделявшего стойку регистрации от входа. Рыжая официантка преградила мне путь.

— Простите, — сказала она, ослепительно улыбнувшись. — Вы Кейт?

— Да.

— Вас ждут. Сюда, пожалуйста.

Когда мы проходили мимо фуршетного стола, я услышала голос мужчины, обращающегося к официантке.

— Это подается с подливкой?

Только на юге.

Официантка проводила меня до столика, за которым погрузившись в меню сидел доктор Крэст.

— Я нашла ее, доктор! — объявила она. Клиенты за соседними столиками уставились на меня. Не будь в ресторане так многолюдно, я бы придушила ее на месте.

Выглянув из-за меню, Крэст улыбнулся ей.

— Вы запомнили, — произнес он удивленно. — Спасибо, Грейс.

Она хихикнула:

— Сообщите, если что-нибудь понадобится.

Она удалилась, еще сильнее покачивая бедрами. Никогда бы не подумала, что можно так вилять настолько тощей задницей, но, как оказалось, ошиблась.

Я села.

— Близится буря, — сказал он.

— Ты здесь пять минут, а официантки уже строят тебе глазки, хлопая ресничками, — сказала я. — Должно быть, это талант.

Он развернул салфетку, вынул из нее закругленный зубчатый нож, и притворился, будто вонзает его в сердце.

— Вообще-то, это не талант, — пояснил он, размахивая ножом. Лезвие казалось довольно острым. — Многие относятся к официанткам, как к собакам. Они считают, что работники сферы обслуживания не должны иметь собственного мнения.

Я забрала у него нож до того, как он успел пораниться, и положила его на стол.

Рыжая Грейс вернулась, озарила нас еще одной улыбкой, и спросила, готовы ли мы сделать заказ. Я заказала, даже не заглянув в меню. Крэст на чистом испанском заказал чуррасско и чимичурри . Грейс озадаченно посмотрела на него.

— Я думаю, он будет филе миньон в чесночном соусе с петрушкой, — сказала я. — Особое предложение шеф-повара.

Ее лицо просветлело.

— Возьмете что-нибудь выпить?

Мы оба заказали холодной воды, и она ушла, сильно виляя бедрами.

Крэст скривился.

— Внезапно изменил отношение? — спросила я.

— Терпеть не могу некомпетентность. Она работает в ресторане, где подают латиноамериканскую кухню. И должна знать хотя бы, как произносятся названия блюд. На большее она, вероятно, и не способна. — Он осмотрелся. — Должен сказать, это место слишком шумное.

— Тебе не нравится мой выбор?

— Честно говоря, нет, — сказал он.

Я пожала плечами.

— Ты довольно… враждебна, — заключил Крэст без тени упрека в голосе.