Впереди несколько детей столпились вокруг костра в металлической бочке. Оранжевые языки пламени облизывали края бочки, отбрасывая желтые блики на их решительные, испачканные сажей, лица. Тощий мальчик в грязном свитере со спутанными перьями в длинных волосах что-то драматически сказал и бросил в огонь комок, напоминающий дохлую крысу. Сейчас каждый был волшебником.

Дети посмотрели на меня, я двинулась мимо. Один из них смачно выругался, ожидая реакции. Тихо рассмеявшись, я поскакала дальше.

Если мы имеем дело с мерзавцем Мастером Мертвых, то я без понятия, как его разыскать. Может, если бы у меня была вышка и привязанный к ней один из вампиров Гастека…

Мы добрались до Руфус и повернули на север, направляясь к Уайт Стрит. Ее назвали в честь снегопада 14-го года, когда асфальт покрыл трехдюймовый слой мелкого порошка. Три дюйма снега не было таким уж необычным явлением для Атланты, за исключением того, когда он выпал в мае и не таял, несмотря на сорокаградусную жару. Три с половиной года спустя он наконец-то сдался и растаял во время бабьего лета.

Доехав до перекрестка, я остановила лошадь. Вампира Гастека уселся на фонарном столбе, обвившись вокруг него, как змея вокруг ветки дерева. Он смотрел на меня, его глаза светились темно-красным, выдавая прилив магии. Гастек усиленно старался удержать его на месте.

— Проблемы? — спросила я мягко.

— Вмешательство, — голос Гастека звучал, словно сквозь стиснутые зубы. Кто-то пытался забрать его контроль над вампиром.

Достав Убийцу, я положила его на спину Фрау. Металл потемнел. На его поверхности слабо замерцала влага. Возможно, это была реакция на вампира Гастека или что-то еще.

Позади меня тихо заржал мерин Дерека.

— Не слезай с лошади, — сказала я.

Пока Дерек остается в седле, он помнит, что надо вести себя как человек.

Я слезла с лошади и привязала ее к железному забору. Вампир Гастека беззвучно соскользнул со столба. Я сделала несколько неуверенных шагов к перекрестку.

— Гастек, куда ты идешь?

По дороге на бешеной скорости с грохотом пронеслась повозка, запряженная парой лошадей. Лошади заметили вампира и бросились в сторону, дергая за собой телегу. Правое колесо телеги врезалось в вампира с громким мясистым ударом, отбрасывая его в сторону. Водитель чертыхнулся и щелкнул поводьями, посылая лошадей в бешеный галоп, гремя по улице и исчезая в один миг.

Вампир лежал неподвижной, смятой массой.

Как вовремя.

С Убийцей в руке я шагнула на дорогу.

— Гастек? — мягко позвала я.

И обошла его с мечом в руке. Ужасная гримаса застыла на лице вампира. У него дергалась левая нога.

— Гастек?

Неясное шипение привлекло мое внимание. Я обернулась. Ничего. Маленькая капля светящейся жидкости скатилась по моему лезвию и упала на асфальт.

Порыв ледяного ужаса ударил по мне, как кувалда. Я завертелась, повинуясь инстинктам, и почувствовала, как кинжал царапнул кожу, когда безобразная фигура бросилась на меня сверху. Существо в воздухе увернулось от меча и мягко приземлилось неподалеку.

Лошадь Дерека завизжала и унеслась галопом в ночь, унося и его.

Я повернулась к упавшему вампиру Гастека. Что-то следовало за мной на четвереньках. Это был вампир, но такой древний, слишком древний, чтобы оказаться здесь случайно. Кости его позвоночника и бедер сместились, адаптируясь к передвижению на четырех ногах.

Существо было развитое, худое и гибкое, как борзая.