|
Ну а пока противник разведывал территорию, мы спешно готовились к обороне, пытаясь максимально повысить свои шансы на выживание. Вот только все хорошее имеет свойство заканчиваться, в том числе и время, которое можно потратить на предварительную подготовку к сражению. Сигналом к началу схватки стал падение ворот, ведущие на территорию электростанции. Полуоткрытые массивные створки после объявления тревоги так никто и не захлопнул…Однако какой-то умный и расторопный ополченец, которому точно премию надо выписать, умудрился поставить рядом с ними самую настоящую мину. Не знаю уж, что он использовал в качестве детонатора, однако когда к нам в гости вломились первые всадники, блестящие на солнце латами синего и алого цвета, окруженные мерцающим золотым ореолом защитных чар, то стоящая у забора и играющая роль урны ржавая бочка внезапно взорвалась! Причем с достаточной силой, дабы ударной волной сорвало одну из створок и повалило пару квадратных метров ограждения, открывая вид на чуть припорошенную пылью кавалерию. Впрочем, скорее всего, некоторую роль в столь эффектном начале боя сыграла общая хлипкость конструкции, держащейся на соплях и честном слове. Во всяком случае, ни один рыцарь из седла так и не вывалился, да и их четвероногие скакуны падать отнюдь не спешили. Или пугаться. Интересно, а они вообще лошади? Под скрывающей все и вся сегментной броней, набранной из пластин более тусклого чем доспехи седоков, но по-видимому столь же крепкого металла, могли скрываться какие угодно твари, которых с конями родин исключительно наличие четырех конечностей и очертания вытянутой вперед длинной морды. Рассыпавшаяся по двору широкой цепью кавалерия устремилась вперед, подбадривая себя громкими кличами и выставив вперед длинные копья.
— Огонь! Огонь! — Отчаянно заорал я, хотя почти все, кто собрался на первом этаже и без того уже стреляли в рыцарей. Исключением стало лишь несколько человек из числа технического персонала, которые оторопели настолько, что либо забыли как им надлежит действовать в подобных случаях ради спасения своей жизни, либо просто перенервничали и не сняли оружие с предохранителей. Я бы уже мог использовать зачарованный перстень, тем более сейчас со мной находился град огненных пульсаров, однако тогда бы меня из числа активных бойцов пришлось сразу же исключить, и это заклинание было бы максимально эффективно против скученных целей, его стоило попридержать до поры до времени, чтобы иметь возможность поразить как можно больше врагов. Окруженные золотым ореолом рыцари, презрительно игнорирующие ведущийся через окна обстрел быстро доказали нам, что они не сошли с ума, раз бросаются в конном строю и с копьями на укрепленную позицию. Двигающиеся со слаженностью, сделавшей бы честь любой сборной по синхронному плаванью, всадники вонзили свое оружие в преградившие им путь к крыльцу грузовики, а после растащили их в стороны. Тот факт, что увешанные самодельной броней машины вообще-то весили по несколько тонн, ими игнорировался как несущественный. Окружающий их золотой ореол начал тускнеть, и я увидел как минимум одного врага, который шлепнулся на землю…После того как прямо в него попали ядром. И он не только не оказался разорван на несколько кусочков, но и вполне так отчетливо хватался за покрытую стальными пластинами морду своего скакуна, который склонился к поверженному хозяину и отчетливо пытался помочь ему забраться обратно в седло. — Ааа! — Раздавшийся прямо над ухом вопль боли заставил меня испуганно вздрогнуть и развернуть автомат к новой угрозе…И очень хорошо, что я так и не нажал курок! Враг внутрь пока не прорвался, просто уложенная на подоконник самодельная пушка из-за отдачи сорвалась со своего ненадежного лафета и шлепнулась на ногу горе-артеллиристу. А когда на пальцы шлепается толстенная и горячая после выстрела водопроводная труба, вдобавок окованная стальными кольцами — это больно. Тут никакой ботинок не поможет. |
