— В общем, духи ведут себя как животные, которыми они когда-то были, — подытожила Гуля, которая собственно и была той, кто сумел вывести правильную гипотезу, а потом подтвердить её при помощи наводящих вопросов наиболее умной людоедке и призванной ею сущности. На беременную громилу пришедший с иного плана бытия волк клыки не скалил, а вот восточную красавицу бы попытался растерзать, дай ему волю. — Толпа зайцев со всего леса ведь никогда не объединится, чтобы навалять разинувшему на них пасть медведю. И многотысячный косяк мелких рыбок ничего не сделает одной единственной акуле. Для того же, чтобы распознать угрозу в наших артефактах некоторые интеллектуальные способности нужны, а огнеметы или кислотные гранаты духи вообще как оружие не воспринимают…До тех пор, пока их не начнут ими убивать.

— С призывом духов наших мертвых есть какие-нибудь подвижки? — С ясно ощутимой в голосе надеждой спросил кто-то из инженеров. — Ведь не может же быть так, чтобы хоть кому-нибудь не повезло…Не имеющий тела призрак это ведь лучше чем смерть, правда?

— Еще раз говорю, воскрешение мертвых — невыполнимая для нас задача. Духи людей по сравнению со всякой мелочью или даже теми, кто поднимает зомби находятся…Ну, глубже, что ли? Если сразу же не закрепить их как-то в нашем слое реальности или не дать усопшим что-то вроде путеводной нити, то их утаскивает туда, откуда они уже вряд ли вернутся. Просто потому, что не найдут дорогу, те измерения серьезно отличаются от того, к чему мы привыкли или что можем осознать. — Я замялся, вспоминая путаные объяснения своих вольных или невольных инструкторов, которым похожие вопросы многие задавали неоднократно. В том числе и я сам. Мне бы очень хотелось вернуть родителей, пусть даже их новый способ существования и был бы сопряжен с некоторыми…Трудностями. Но увы, если верить вполне состоявшимся чародеям, шансы на это в принципе отсутствовали. — Не по нашим талантам сейчас задача открыть дорогу туда, где обитают духи мертвых. И уж тем более мы не сможем найти какой-то конкретный дух. В племенах ариев лишь сильнейшие шаманы могли проворачивать нечто подобное, и то исключительно благодаря заранее проведенным обрядам над умирающими соплеменниками или пойманной добычей.

— К тому же само образование духа из любого разумного существа, что некогда обладало материальным телом, но вдруг его лишилось — процесс аномальный и крайне редкий. И приятным его не назвать, как и дальнейшее существование в подобной форме. — Добавила Гуля, печально вздохнув. — Если верить нашим инструкторам из числа купцов, любой достаточно сильный маг может в случае физической гибели стать приведением…Но пользуются они такой возможностью в очень редких случаях, только если до безумия хотят кого-нибудь спасти или прикончить. И после того как сочтут поставленную задачу выполненной прекращают свое существование, отправляясь туда же куда и все мертвые. Исключения есть, но это где-то один на сотню, если не реже.

— Но ведь призывать каких-нибудь нематериальных кошек вам ничего не мешает? — Удивилась Надежда. — Откуда же они тогда берутся?

— Обрывки энергетики некогда живших животных притягиваются друг к другу и сплетаются воедино. Так и рождается новый Дух Кота. — Вместо меня ответил своей сестре Денис, который тоже очень внимательно слушал инструкторов, каждый час работы которых был оплачен золотом. Тем более, его слабое зрение конкретно в этот раз ничуть не мешало, ведь большую часть вещей караванщик рассказывал, а не показывал.