— Станислав Викторович, пообещай, что с территории особняка не выпустишь княжну без охраны и при первом удобном случае ее телохранителей переправишь, — выслушав мои доводы, выставил условия страж.

Успокоил Громова, что сам не планирую никуда уходить, кроме как к себе в поместье, а княжну доставлю к воротам княжеской резиденции в целости и сохранности. В итоге, с момента нашего общения со Стеллой, прошло около часа, когда я открыл круг перехода.

Нас уже поджидали, машина охраны Разрядова стоит заведенная, ворота открыты и мы даже не успели ощутить холода. Сели в теплый салон, нас с «ветерком» довезли до крыльца особняка, по ступенькам которого мы скорым шагом вбежали и даже не успел за дверную ручку взяться, дворецкий створки распахнул и сказал:

— Рады таким высоким гостям! Проходите пожалуйста.

— Благодарю, — кивнула ему Стеша, немного смешно выглядевшая в вязаной шапочке.

Губернатору стало немного лучше, после того, как с ним беседовал. Олег Борисович, несмотря на позднее время, ужинает, так объявил дворецкий.

— Неожиданно, — удивился я. — Проводите нас к нему.

Предварительно нам пришлось со Стешей снять с себя верхнюю одежду, а потом, подхватив сумку, пакет и не забыв рюкзак, прошли за Петром в обеденный зал.

Длинный стол заставлен яствами, бутылками с алкоголем, компотами и газированными напитками. Губернатор Хабарска сидит перед жареным молочным поросенком и фазаном с перьями, на его тарелке немного салата, а в бокале налит темный напиток. Запустил диагностику и ужаснулся. Олег Борисович испытывает нестерпимую боль, от его источника отделяются небольшие части и чернея разносятся по всем внутренним органам.

— Пир во время чумы! — отсалютовал губернатор поднимая бокал.

— Дед решил лично посетить свои поминки, — мрачно заявила Стелла, сидящая по правую от него руку.

— Не рано ли? — поинтересовался я.

— В самый раз, — отмахнулся Разрядов. — Ты же травник-лекарь сам все можешь увидеть.

— Угу, — кивнул я и заморозил в бокале губернатора выдержанный виски, — но не одобряю, необходимо бороться, особенно когда есть шансы.

— Ты о чем? — потряс Разрядов фужером, а потом перевернул его, но замороженный алкоголь не пожелал выпасть.

— А Виктор Викторович почему не здесь? — оглянулся я.

— Мы с ним разругались, — криво усмехнулся Олег Борисович. — Витя твоими словами меня учить пытался. Эх, молодежь, ничего-то вы не понимаете. Жить следует честно, весело и не оглядываясь, а смерти не бояться и встречать ее с достоинством и не бегать от судьбы.

— Предлагаю к этому разговору вернуться позднее, — не стал я с ним спорить и посмотрел на Стеллу: — Моя просьба выполнена? Где сможем приступить к диагностике?

Не хочу использовать слово «лечение», чтобы никому не давать никакой надежды. Нет, Стеша-то посвящена в замыслы, кое-что с ней уже обсудили, но княжна обещала держать язык за зубами.

— К хранителю очага можно пройти только с позволения главы клана, — чуть кивнула Стелла в сторону своего деда. — Увы, тот противится, а магические потоки в особняке контролирует именно Штард.

— Штард? — не понял я.

— Так хранителя зовут, — пояснила Стелла.

— Только после застолья обсудим твое предложение, — усмехнулся Разрядов, а потом добавил: — Возможно и познакомлю вас всех с хранителем.