Анна своим волевым решением отдала Питеру рубашку боевика. Поначалу начальник охраны пытался протестовать, и брезгливо кривил нос — но, заметив твердый взгляд королевы, смирился. Размер почти подошел — разве что на плечах ткань рисковала треснуть по швам, но выбирать не приходилось. После того, что произошло, негоже ему разгуливать с голым торсом на виду у всех.

При этом самого боевика оставили совершенно голым. По мнению Анны, он итак слишком легко отделался за то, что они с напарником сотворили с Сашей.

Шеф отреагировал на наготу помощника спокойно. Не стал морщится и отводить взгляд. Еще один плюс в его пользу.

— Возвращаю тебе твой вопрос, Анна, — сказал он, оглядев присутствующих в ее кабинете (Хэйчжулуна благоразумно спрятали в спальне), — зачем ты так?

— Саша, покажись Павлу Сергеевичу, пожалуйста, — попросила она; Саша, смущенно опустив глаза, вышел из тени в дальнем углу кабинета. Конечно, после вмешательства Анны его раны уже не выглядели такими ужасающими, но все равно синяки и кровоподтеки были очень красноречивы, — сравните теперь, — Анна обратилась к Шефу, — кто выглядит лучше? Когда я нашла Сашу, он был в худшем состоянии. Эти выродки раздели и примотали его скотчем к этому креслу.

— Александр, — шеф вдруг взял официальный тон, и посмотрел в глаза Саши, — я оплачу лечение. И с меня компенсация в размере… скажем, годового оклада с премиями. Надеюсь, этого хватит, чтобы компенсировать ваши неудобства?

Саша с достоинством кивнул.

— За три года, — вмешалась Анна, — три года, шеф. Он не просто это все вытерпел — он меня не сдал.

— Три так три, — кивнул шеф, — а теперь прекратите это, пожалуйста, — он махнул в сторону застывшего на стуле Бориса.

— Питер, отвяжите его, — распорядилась Анна, — дайте штаны, халат и пусть убирается на все четыре стороны.

Когда Питер вывел боевика, а Саша, повинуясь врожденному чувству такта, вышел из комнаты вслед за ними, увлекая за локоть Арти, Анна сказала:

— Что вам про меня наплели, шеф? Поговорим?

— Поговорим, Аня, — тяжело вздохнул Павел Сергеевич, и огляделся в поисках кресла. Анна указала на кушетку под картинами, — отчего ж не поговорить.

Они разместились друг на против друга — шеф на кушетке, Анна на небольшом кресле, из тех, что стояли возле журнального столика.

— Наплели многое Аня, — вздохнул шеф, — и доказательства серьезные дали. Признаюсь, я начал сомневаться. Поэтому и послал парней, чтобы добыть точную информацию. Что, кстати, случилось с Глебом?

— Это второй боевик? — Уточнила Анна; Шеф согласно кивнул, — несчастный случай, можно сказать. Он плохо обращался с огнем. Неверно оценил ситуацию.

— Хотелось бы поточнее, если можно, — сказал Шеф, глядя Анне в глаза.

— Его сжег дракон, — ответила королева, выдержав взгляд, — пепел у меня в саду, в урне.

— Это какая-то новая система охраны? Высоковольтное скрытое ограждение? — Попытался указать Павел Сергеевич.

— Дракон это дракон, — Анна пожала плечами.

— Хорошо, — Шеф кивнул, — оставим это пока. Хотя останки… пепел, как ты выразилась… все же понадобится. Он вроде не женат был — но мы постараемся найти близких. Похоронить по-человечески.

— Надеюсь, что нет, — искренне сказала Анна, и тут же поправилась, — то есть, не про похороны, конечно.