55

Обобщу вкратце: это ловушка. Страдающие клаустрофобией и манией преследования дети-птицы оказались в железном гробу на глубине сотен футов под водой. Для полного счастья не хватало только грохота, скрежета и вырубленного света.

Скажите, хорошенькая картинка! Теперь еще подкачай адреналина процентов на четыреста, подбавь чуток ужаса. И перемешай хорошенько.

Что-то мне это не нравится. Каждая клетка во мне вопит, что я сейчас захлебнусь и умру страшной смертью, но я сохраняю спокойствие настоящего лидера.

Мигалка тревоги отбрасывает тусклый желтоватый свет. Дребезжит сирена. Все, как в старых фильмах про подводную лодку на войне, когда следующие кадры неизбежно покажут геройскую гибель экипажа.

И металл, и вода отлично передают все звуки, и нам прекрасно слышно, как что-то бьет и колотит по обшивке субмарины. Открываю дверь и вижу, как мимо проносятся матросы — у каждого своя четкая антиаварийная или оборонная задача.

— А могли бы отправиться во Францию, — скулит Тотал.

В коридоре сирена тревоги орет еще громче. Самое ужасное во всей этой ситуации, что я понятия не имею, что делать. А я ВСЕГДА знаю, что делать. Доселе, во что мы ни вляпайся, мне любая катастрофа по плечу. Кому надо — врежем, от кого надо — увернемся, что надо — выдержим. В итоге до сих пор мы всегда на коне оставались.

Не могу же я теперь признаться, что здесь бессильна. Вот и начинаю отдавать нашим команды, по крайней мере, чтобы свое реноме поддержать:

— Продвигаемся на нос к главному люку. Если потребуется, эвакуироваться будем оттуда.

Дождавшись, пока пробегут все матросы, вылезаем в проход и начинаем медленно продвигаться вперед. В темноте кажется, что это не подводная лодка, а дебри какие-то: то через высокие пороги приходится перепрыгивать, то через провода и кабель.

А матросы меж тем задраивают отсек за отсеком.

Вдруг Ангел застыла как вкопанная.

— Ты с ума сошла! Мы же чуть в тебя не врезались и не свалились! — в один голос зашипели идущие за ней следом Газ, Надж и Игги. А я подгоняю ее спереди:

— Ангел, вперед, ты что встала?

— Подождите. — Она стоит, как будто к чему-то прислушивается.

— Ждать у нас времени нет. Надо срочно к люку пробираться. Шевелись!

— А я говорю, подождите. Там робиоты.

— Чего-о-о?

— Сказано вам, робиоты, те самые. Они стараются в лодку залезть.

Прекрасно. Лучше не бывает. Снаружи, в воздухе, я на любую схватку готова. Там я буквально в своей стихии. Чего никто из наших врагов о себе сказать не может. Но здесь, под водой, неуемное воображение рисует мне в ярких красках картинки робиотов, сверлящих обшивку субмарины, хлынувшего в подлодку смертоносного потока. И нас здесь внутри…

— Надо немедленно их остановить. — Я преисполнена решимости. — Отставить люк! Выводим «Тритон»!

— А он вооружен? — осторожно интересуется Игги.

— Нет, но у него рычаги-«руки» с огромными клешнями. Может, можно будет робиотов надвое перекусить. Или что-нибудь в этом роде. Соображу как-нибудь.

— На, возьми вот это. Может пригодиться. — Газзи протягивает мне маленькую металлическую коробочку аптечки первой помощи. — Держи. Вложи ее в клешню. Она водонепроницаемая. А это пульт дистанционного управления. Смотри, не сядь на него ненароком. Нажми кнопку «Пуск» и сразу же клешней швырни коробку в робиотов. Главное, пошевеливайся.

— Ладно. Вы, ребята, давайте вперед, а я сейчас.

— Я с тобой. — Клык бросается за мной.

Я смотрю на него с благодарностью:

— Нет.