Мать, казалось, прочла его мысли.

– Уилл, либо ей станет лучше, либо нет. Сейчас это не имеет к нам никакого отношения.

Уилл все еще был голоден, когда они приехали домой и обнаружили машину, стоящую с заведенным двигателем на подъездной дороге к Олд Стоун уэй. Он ожидал увидеть отца, но та машина принадлежала не Дугласу. Она была компактной и зеленой, цвета лайма. Задняя панель была забита чучелами, молящими о спасении.

У входной двери Херстов крупная женщина в плаще небрежно оторвалась от блокнота.

– Я могу вам помочь? – спросила Джозефина, открывая дверцу со стороны водителя. Женщина, прихрамывая, подошла к машине и протянула руку.

– Миссис Херст? – Джозефина кивнула.

– А вы…?

– Меня зовут Трина Уильямс. Я из органов опеки.

Вайолет Херст

Еще не подошло время обеда, а Вайолет уже устала сидеть взаперти. Лучше всего она всегда чувствовала себя на природе, с перегноем под ногтями и кленовыми семенами, запутавшимися в когда то длинных волосах. Даже когда ей было плохо от «утренней славы», настроение Вайолет моментально улучшилось, едва друзья вывели ее на свежий воздух. Современный особняк Филдов в эко стиле расположился на зачарованном участке в десять акров, с юга укрытом, будто садовой стеной, холмами горного курорта Мохонк. Осенняя листва на лужайке перекатывалась от ветра гребнями волн. В адском пламени заката Вайолет чудились узоры и вихри. Это, решила она, именно то, что ей всегда было нужно и чего она хотела в жизни. Все, что ей хотелось, – укутаться в туманную огненно красную безжизненность осени. Она хотела навечно сделать этих трех зачарованных существ – Имоджин, Финча и Джаспера – своей семьей.

Имоджин каталась на BMX по подъездной дорожке, Вайолет держалась за нее, стоя на задних подножках. Финч блаженно улыбался, сидя за медной чашей для костра. Его лицо озарялось красно золотыми вспышками от танцующего пламени.

– Херст, ты напомнила мне иннуитскую легенду про Каменное дитя, – заявил он.

– Что? – переспросила она. К тому моменту Вайолет уже лежала на спине, уткнувшись щекой в давно не стриженную траву, медленно загребая охапки мертвых листьев.

– Помнишь, там было про сироту? Его маму и папу задрал медведь. Он жил один, злой, умирающий от голода. Все, что у него было, – камень размером с него самого. Он обхватил его руками и ногами и не отпускал.

У Вайолет мелькнула мысль, что это похоже на отношения ее родителей: любящий Дуглас, цепляющийся за ледяной кусок скалы.

– Тогда его и прозвали Каменным ребенком, – продолжил Финч. – Жители деревни думали, что он спятил. Но этот чокнутый парень не унимался. Он продолжал цепляться за эту штуку, пока однажды большой камень не раскололся надвое. А внутри оказалась самая идеальная девушка, о которой он мог только мечтать. Она дала Каменному ребенку лук, стрелы и гарпун. Они поженились и завели детей.

– Ну и какого черта все это значит? – встрял Джаспер.

– И при чем тут Вайолет? – спросила Имоджин, трясясь от смеха.

– Я просто хотел сказать, что у Вайолет сильная интуиция. Она напоминает мне великих хилеров.

Вайолет почувствовала, что все ее органы вспыхнули и запульсировали. Ее сотовый неудобно заерзал в кармане – это было сообщение от Джозефины:

МЫ С ОТЦОМ ТЕБЯ ЖДЕМ. РАЗВОД УЖЕ НА СТОЛЕ.

Передав телефон всем друзьям по кругу – ей нужно было убедиться, что это не плод ее измененного сознания – она набрала осторожный ответ:

ЧТО??? ТЫ В ПОРЯДКЕ?

– Это вопрос времени, – сказала она друзьям. Брак ее родителей не был похож на отношения Берил и Рольфа или кого то еще из ее знакомых. Они были похожи на опрометчивое деловое соглашение, по которому отец приносил капитал, а мать спускала деньги в трубу.