— Я пришла по наводке вашей тети, Дэрии. Мне очень нужен законник, — выпалила я, пытаясь занимать как можно меньше места.

Сделать это было ну очень трудно, между мной и Генри даже метра свободного пространства не оставалось. И это позволяло мне его рассмотреть ну очень детально: парень лет двадцати пяти с короткими темно-русыми волосами, гладко выбрит и, вероятно, с очень плохим зрением. Стекла в его очках увеличивали голубые глаза настолько, что волей-неволей вспоминался кот из Шрека.

Генри поджал губы, снял очки и прошелся по линзам краем чистой рубахи.

— Что за вопрос? — уныло поинтересовался он. — Вы же знаете, что я не состою в гильдии?

— Знаю, — кивнула. — А вопрос…

Ох, сколько у меня было вопросов! Начиная с права собственности, продолжая опекой и заканчивая… А, да у моих вопросов конца и края нет!

— Сколько стоит у вас консультация? — поинтересовалась я.

Вряд ли дороже, чем у его гильдейских коллег, но о порядке цен стоит спрашивать заранее. От моего вопроса парень немало удивился, широкие брови сами собой поползли вверх.

— Ну, раз вы от тетки, бесплатно, — неуверенно произнес он. — К тому же, если я клиентов вне гильдии брать буду, худо мне придется. Со свету сживут. Тут проще за просто так помочь. А там уж, как на штраф накоплю…

— А штраф какой? — деловито уточнила я.

В голове начал созревать план. Во-первых, бесплатно пользоваться услугами и без того пострадавшего парня мне бы совесть не позволила. Во-вторых, вопросов у меня и правда завались — мне только предстоит разобраться с местными законами. В-третьих, сейчас с деньгами негусто, но если получится воплотить все мои задумки в реальность…

— Пятьдесят золотых, — упавшим голосом ответил Генри.

Мысленно присвистнула. Внутренний калькулятор подсказал, что это около сотни портретов по моим текущим расценкам.

— Так что за вопросы?

— Как переоформить свидетельство о собственности, если хозяйка почила, но у нее осталось трое несовершеннолетних детей? И можно ли взять под опеку сирот… — начала я, чтобы обрисовать план работ.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Нет-нет-нет, — возмущенно произнес он. Даже шаг назад сделал, уткнувшись спиной в стену, лишь бы быть от меня подальше. — Я не собираюсь обманывать бедных детей и вашими руками лишать их дома! О, как придумали! Через опеку… Вы, значитца, опеку оформляете, дом себе заграбастаете, а детей куда?! В работный дом?!

Он недовольно фыркнул и поморщился.

— Стойте, — ошарашенно протянула я. — Не нужен мне дом! Пусть дети им владеют.

Я набрала побольше воздуха в легкие, чтобы объясниться. И… на секунду растеряла все слова. Он что, меня за мошенницу принял?! Стало грустно лишь оттого, что я могу производить подобное впечатление. И в то же время приятно, что я наконец-таки наткнулась на честного человека, который не поступился принципами.

— Я их родственница. — Вот тут я соврала. — Приехала проведать, а они живут в доме, который хотят изъять за долги. Я начала выплачивать задолженность на благотворительных началах, чтобы дети без крыши над головой не остались, и… — шумно выдохнула, — у меня ни на детей нет бумаг, ни на дом. К тому же я ни черта не понимаю в сроках выплаты, в прочей документации…

Моя речь сбивалась. Почему-то именно в этот момент впервые за несколько дней я дала слабину.