— И моя мать была в курсе всего этого? — не поддалась на уловку Исабель и продолжила выяснение интересующих ее деталей сотрудничества адвоката и ее семьи.

— Да, в общем, в курсе, в курсе, — перешел Пинтос вновь на пение, мучительно выискивая нужные слова. — Вообще-то документации все ведут Валентино — Пинтос имел в виду своего помощника, — и Салита, секретарь. Я, конечно, тоже, но и бухгалтер… — Пинтос сам понимал, что выглядит неубедительно. — Извините, а почему вы об этом спросили? — подался он к столу, забыв на время о клинике.

— Я буду отныне приходить сюда ежедневно, — не ответила на его вопрос Исабель. — Поскольку моя мама не сможет этого делать из-за болезни, то я, ее единственная дочь, займусь делами сама.

— Мне кажется, такая забота очень похвальна. — Пинтос решил отложить решение этой проблемы на потом, просмотреть внимательно самому все документы, чтобы там не мог и комар носа подточить, а сейчас надо было вытащить Исабель из кабинета. — Но нам надо торопиться, сеньор Суарес уже давно ждет в клинике. У вас еще будет достаточно времени, чтобы внимательно познакомиться со всеми документами. Я помогу вам сделать это. — Он открыл дверь кабинета, пропуская вперед Исабель.

Только они вышли из кабинета в приемную, как появился Валентино неся давно обещанный кофе.

— Сеньор Пинтос. — Валентино поставил поднос на стол. — Это ваш кофе, и, кроме того, вам уже несколько раз звонил нотариус Фуэнтес.

— Сейчас мне некогда, — категорически заявил Пинтос. — Можете перезвонить ему и передать, что я скоро вернусь и сам свяжусь с ним.

— Но он настаивает и говорит, что дело крайне срочное. Речь идет о закладе. — Валентино не узнавал своего шефа.

— Хватит, Валентино! — рявкнул на помощника Пинтос и про себя чертыхнулся. Надо же, когда не следует этого делать, Валентино проявляет ненужную инициативу. — Я позвоню ему, — решился Пинтос и было потянулся к телефону, но, взглянув на Исабель, передумал: — Но потом! — И бросился к выходу, чтобы его не застал своим очередным звонком этот нотариус в присутствии Исабель.

— До свидания, Валентино, — протянула руку помощнику Пинтоса Исабель. — Я думаю, что мы еще не раз увидимся здесь.

— Когда вам будет угодно, сеньорита, вы у себя дома, — пожал ей руку Валентино.

Пинтос и Исабель поспешили в клинику, где их ждал Суарес.

Эмилио уже давно дожидался Исабель в клинике, устроившись в той самой комнате, перед палатой мадам Герреро, где они вчера сидели вдвоем. Он чувствовал себя не в своей тарелке, придумывая, как сообщить Исабель, что он не в состоянии помочь ей с депозитом.

— Эмилио! — услышал он голос Исабель и встал ей навстречу. Рядом с Исабель он увидел адвоката их семьи.

— Извините, но мне надо срочно в администраторскую, — заявил адвокат.

— Хорошо, Пинтос, вы идите, а я сейчас догоню вас, — приказала Исабель. Когда адвокат ушел, она спросила у Эмилио: — Как дела?

— Ты понимаешь, относительно депозита я говорил с отцом, — сильно смутился и покраснел Эмилио, — но у него как раз какие-то срочные платежи…

— Об этом можешь не беспокоиться, Пинтос все уладил.

— Но я ведь тебе обещал вчера вечером решить эту проблему, — пробормотал Эмилио.

— Все уже давно решено, так что не стоит тебе так волноваться, — улыбнулась Исабель, видя смущение Эмилио.