— Сам не знаю, — пожал плечами и начал тереть пальцами виски. — Какой-то кошмар.

— Ты так сильно кричал, — растерянно объяснила жена. — Я проснулась и сразу же стала тебя будить. Наверное, тебе приснился страшный сон.

— Не знаю, — Коррадо потряс головой и вновь схватился за виски. — У меня какое-то неприятное предчувствие. Что-то связанное с дочерью. — Коррадо не знал, что у него не одна, а две дочери, и что эти кошмары связаны именно с той, которую он никогда не видел. Но жена восприняла это по-своему.

— С нашей Мануэлой? — в испуге воскликнула она и перекрестилась. Прямо так, в ночной рубашке, она вскочила с постели и бросилась к спальне дочери. — А что с ней?!

— Куда ты? — Коррадо, раздосадованный, бросился за ней. Он боялся, что жена разбудит дочь.

— Мануэла! — Но перед спальней дочери жена пришла в себя и отворила дверь уже тихо: осторожно ступая по полу босыми ногами, вошла внутрь. Коррадо шел за ней.

Мануэла, их любимая дочь, крепко спала, прижав к себе любимую игрушку — большого плюшевого медведя. Ее не разбудили ни свет настольной лампы, которую зажгла жена Коррадо, ни скрипнувший под их ногами пол. Оба склонились над ней, а жена ласково провела ладонью по щеке дочери.

— С ней все в порядке, — повернулась она к Коррадо, облегченно улыбаясь. — Смотри, как спокойно она спит.

— Тем лучше, — кивнул Коррадо; они еще некоторое время стояли и любовались спящей дочерью. — Не буди ее, — сказал Коррадо жене. — Пусть себе спит.

— Не буду, не буду, — успокоила жена. — Я только поправлю одеяло. — Она подняла одеяло повыше и осторожно поцеловала дочку в лоб.

— Она выглядит такой беззащитной, — внезапно прошептал Коррадо, сам не зная, почему это у него вырвалось.

— Ты так считаешь? — встревожено спросила жена, отойдя от спящей дочери. — Разве у нее нет отца и матери? А? — Она посмотрела на мужа. Они обнялись, словно объединяясь для защиты своей дочери. — Глупый ты у меня, — улыбаясь, шепнула ему супруга на ухо.

Они вернулись в свою спальню. Коррадо уже успокоился, дурное предчувствие исчезло.

— Сейчас тебе лучше? — спросила жена.

— Да.

— Может быть, приготовить тебе чашку чая? — Жена внимательно посмотрела на него. Она хотела удостовериться, что ему стало лучше.

— Нет, не надо, — отказался Коррадо, устраиваясь в постели. — Ты тоже ложись.

— Ты меня так напугал, — сказала она, прижимаясь к нему.

— Уже все прошло, — успокоил Коррадо, обнимая и целуя ее. — Не могу понять, — говорил он немного погодя, — почему у меня вдруг возникло это ощущение. Это было как будто какое-то предчувствие, — задумчиво говорил он жене. С ним это случилось впервые. «Может быть, возраст?» — подумал он с невеселой улыбкой.

— Успокойся, не мучай себя вопросами. — Жена гладила ласково ему лицо. — Ты же видел, что с нашей Мануэлой все в порядке. Так что беспокоиться не о чем.

— Да, — кивнул Коррадо, — я знаю, но почему-то давит здесь. — И он прижал ладонь к груди — где сердце.

— Завтра обязательно сходи к врачу, — попросила его жена. — По правде говоря, я давно уже замечаю: с тобой что-то не так. Последнее время ты какой-то подавленный, рассеянный.