— Скажи им, что я сейчас спущусь.

— Да, сэр, — Сэмюэл исчез в коридоре.

В два шага добравшись до огромного французского шкафа, занимавшего одну стену, Коффин распахнул дверцы и вытащил свое старое моряцкое снаряжение: тяжелые брюки, хлопчатую рубаху. Холли наблюдала из кровати.

— Ты ведь не собираешься в море, я надеюсь?

— Я не знаю, куда я собираюсь, Я не знаю, что происходит, — он натянул брюки.

— Я спущусь с тобой, — сказала она внезапно.

— Ну хорошо, только поторопись. Если Ангус сказал «скорее», это значит именно скорее.

Он уже наполовину был одет, когда она начала разбираться со своей одеждой. Он постоял минуту рядом с дверью Кристофера. Никаких признаков движения он не услышал. Мальчик крепко спал, значит, сутолока снаружи его еще не разбудила. Вниз по лестнице он промчался мимо европейских картин, украшавших стены и служивших ярким свидетельством как вкуса Холли Коффин, так и их возрастающего благосостояния.

Ожидающие его столпились у наружной двери. Свет проникал снаружи от фонарей и факелов. В воздухе витал запах лошадей, густо смешанный с запахом горящего масла и дерева. Через несколько мгновений он выделил из толпы Ангуса Мак-Кейда, единственного человека, от которого он мог рассчитывать получить ясные, исчерпывающие ответы на свои вопросы.

— Торопись, Роберт! Мы потратили много времени, заезжая за каждым из нас, и ты последний, кого нам не хватало.

— Но куда вы собираетесь? Что вообще происходит, Ангус?

— Сперва проверь свое оружие, Роберт.

Коффин нахмурился. Мак-Кейд был слишком серьезен. Это было совсем не похоже на розыгрыш. Он обернулся к Сэмюэлу.

— Принеси хорошее ружье и мои пистолеты из кабинета.

— Да, сэр! — изумленный туземец побежал выполнять приказание.

— Это Корорарека, Роберт, — объяснил Ангус. — Она атакована, пока мы здесь с тобой разговариваем.

— Атакована? — Коффин тряхнул головой. Может быть, он ослышался. Может еще не совсем проснулся. — Это безумие! У нас же есть договор с маори.

— Мало надежды на договор с варварами!

Эти слова отозвались одобрительными криками в толпе собравшихся людей.

Явно уставший, Мак-Кейд нашел все же время, чтобы объяснить.

— Один человек прискакал в город около часа назад. Он и его лошадь были загнаны чуть не до смерти. Он пересек весь остров, чтобы принести нам плохие новости.

Джон Халуорси выступил вперед.

— Он сейчас в моем доме, отдыхает и при нем доктор. Это один из моих людей в Корорареке, Джонас Купер. Он едва мог говорить, но все же сумел сказать достаточно, чтобы представить, что случилось. Он советовал мне поднять всех боеспособных мужчин, взять ружья, какие только есть в Окленде, и выступать так скоро, как только можем, потому что маори собираются сравнять город с землей. И если мы не поспешим со скоростью ветра, там будет страшная резня.

— Резня? — Коффин старался понять невозможное. — Но ведь никакой резни не может быть, даже если слова Купера верны. Люди всегда могут бежать на корабли в гавани.

— Если у них будет время и если маори их не отрежут от моря, — мрачно заметил Халуорси.

Сэмюэл вернулся бегом с пистолетами Коффина.

— Хорошо, Сэмюэл. А теперь проверь мою лошадь.

Слуга кивнул и исчез за лестницей.

— Я не могу в это поверить. Договор был составлен тщательно и по закону. Я сам лично могу поручиться за половину вождей, которые поставили под ним свои имена.

Халуорси презрительно фыркнул.

— А как насчет другой половины? Мы с тобой спорили на эту тему много раз, Роберт.