Но прежде чем пуститься в путь, Золас предпринял кое-какую подготовку. Во-первых, как мог, перевязал обрывками одежды разбитую голову, затем туго перетянул грудную клетку. Пару раз при этом едва не отключился от боли. Следующим этапом был осмотр оружия и амуниции. Всё оказалось в относительном порядке, только шляпа не лезла на перебинтованную голову. Ну и, в конце концов, ему пришлось позаботиться о факеле. Золас оценил иронию ситуации — только что он едва спасся от огненной смерти, но теперь нуждается в огне, ибо без него будет слеп.

Итак, в путь! Туннель казался бесконечным, но он знал, что это не так. Там в темноте обязательно найдётся что-нибудь, какой-нибудь выход или ещё что-то неизвестное. Ему нечем было отмерять время и потому казалось, что идёт он уже целые сутки. Дважды он отдыхал, но делать это на холодных рельсах и скользких сырых шпалах было тем ещё удовольствием. Тогда он решил идти вперёд, сколько будет сил или пока он не выйдет на свет.

Хуже всего было то, что факел, (промасленная тряпка, навёрнутая на шомпол оленебоя), сгорел слишком быстро. Конечно, изготовить другой не составило большого труда, но делать его пришлось из остатков одежды, которая и так пострадала. Если так пойдёт дальше, он скоро окажется голым, а это в прохладном сыром туннеле было не слишком приятной перспективой.

Вдруг впереди замаячило нечто, что он сначала принял за игру своего воображения. Ему почудились ворота. Точнее силуэт ворот без створок, а за ними непроглядная тьма. Вскоре он понял, что это ему вовсе не мерещится, а он видит окончание туннеля, который вывел-таки его, но куда? Это было пока неясно.

Золас сбавил шаг и осторожно выглянул в это неведомое пространство, высоко держа факел над головой. Зрелище, открывшееся ему, оказалось настолько неожиданным, что он не сдержал возгласа удивления! Он стоял в огромном помещении, по красоте не уступающем ни одному залу, только что сгоревшего дворца Лоргина! Целый лес изящных колонн подпирал высоченный потолок, выложенный мозаичными картинами.

Такие же картины, изображающие людей занятых сельским трудом, виднелись на стенах. Из-под потолка свисали шикарные люстры, в которых были ввинчены пыльные лампы вроде тех, что он видел в подземном дворце, куда водил Маранту и Зига. Интересно, а здесь, не работает ли, какая-нибудь древняя техника, дающая свет? Но, как он не искал на стенах что-либо похожее на выключатель, эти поиски результата не дали.

Осмотревшись получше, Золас понял, что зал этот вытянут в длину, что по обеим его стенам проходят рельсы, лежащие в глубоких желобах и уходящие в туннели вроде того из которого он только что вышел. С противоположной стороны зала из такого вот туннеля высовывалось сооружение, в котором он угадал ту самую повозку, ходившую некогда по рельсам.

Она представляла из себя цепочку большущих прямоугольных ящиков, поставленных на железные колёса и соединённых между собой. По всей длине каждого из ящиков виднелись большие стеклянные окна, часть которых была выбита, но некоторые оставались целыми. Наружу из туннеля выглядывали только два с половиной таких ящика, и Золас мог лишь гадать, сколько ещё их может быть там, внутри. Движимый любопытством, он подошёл и заглянул в одно из разбитых окон, просунув внутрь свой факел.

Заглянул и… отшатнулся! Даже ему, видавшему виды искателю приключений, стало жутко от зрелища открывшегося внутри — ящик был полон скелетами!

Некоторые из них лежали на полу, но большинство сидело на длинных скамьях, устроенных вдоль всего ящика, спиной к окнам. Они были одеты в странную одежду, совершенно непривычную для глаз нормального человека. Она не позволяла отличить даже, кто здесь были женщины, а кто мужчины. Впрочем, какая теперь разница кто кем был в той прошлой жизни?

Некоторые скелеты взрослых до сих пор держали на коленях скелетики детей.