|
Другие же наоборот – дремали, точно верблюды, преклонив колени, почти на уровне ее роста. У одной фигуры Бритт увидела глаза, что напугали ее. И поняла, наконец, что было не так. Дело было в этом лице – человеческом, на звериной морде. И вовсе не лошади и верблюды кружились под веселую музыку в карусели. Крылатый сфинкс, единорог, вепрь, и огромная змея с витой бородой – вот кто это был. У всех, кроме сфинкса, были открыты глаза – и это пугало еще сильнее.
– Неплохо, да? – спросил Дроссельфлауэр, подходя ближе. Он похлопал сфинкса с человеческим лицом по фиолетовому боку. Бритт захотелось сию же секунду нарисовать его руки: тонкие, с длинными пальцами, затянутыми в светлые замшевые перчатки. – Меня напугало… лицо. Очень живое. – Да, такова природа стекла. При необходимости оживит все, что угодно, но придаст ему мертвый вид! Бритт присмотрелась. Глаза фигур были все до единого выполнены из стекла. – Здесь, что же, все из стекла? – выпалила она. Дроссельфлауэр рассмеялся. – По большей части. Такой уж город! Что стоит изобрести неразбиваемое стекло крепче алмаза, и не использовать его в быту? К тому же цветные стеклышки это так краси Бесплатный ознакомительный фрагмент закончился, если хотите читать дальше, купите полную версию
|
