Ворчит Валерка, а сам идет за вожатой.

Но в том-то и дело, что за свои десять лет не приворачивал он креплений. Так уж получилось — ни разу. И вообще не очень-то умеет обращаться со всякими железками, деревяшками. Денис — тот умеет. Преподаватель труда всегда Дениса хвалит. Говорит: «Руки у тебя, Денис, золотые». А про Валерку преподаватель труда ничего не говорит, только вздыхает. Когда Валерка берет в руки молоток, он лупит мимо гвоздя. Один раз хотел Валерка сделать отверстие в дощечке, взял коловорот, стал крутить от всей души и продырявил доску насквозь и верстак тоже почти насквозь. Конечно, это получилось совсем нечаянно. Учитель совсем Валерку не ругал, только вздохнул:

— Хорошая была дощечка, аккуратная.

И печально поглядел на Валерку.

Получилось, что разные приличные отметки по литературе, по истории и даже по математике — это еще не все. Нельзя уважающему себя человеку не уметь врезать замок, починить выключатель или просверлить чистую дощечку, аккуратно оструганную Денисом или Сережкой.

Когда Валерка приплелся к завхозу, Леонид Терентьевич сказал:

— Шурупы в ящике, лишних не бери. Отвертка на стеллаже. И ступай, ступай, у меня инвентаризация.

Он резким движением сдвинул очки со лба на нос и стал заполнять какую-то длинную бумагу.

Валерка потащился в пионерскую комнату. Ему не хотелось туда идти: там была эта дурацкая сломанная лыжа. И в то же время ему очень хотелось туда идти: там была вожатая Марина.

«У одних футбол, — думал Валерка, — у других какая-то инвентаризация. А третьи хихикают к месту и не к месту». Получалось, что все, кто умеет держать в руках отвертку, очень заняты и, кроме Валерки Сиволобова, совершенно некому во всей огромной школе починить эту несчастную лыжу. Приспичило первокласснику Стасику — вдруг, видите ли, снег выпадет? Да какой снег? Дождь царапает стекла, серый и бесконечный. Еще и на Новый год дождь будет, и никаких лыж.

Если бы попросил кто-нибудь другой, Валерка бы отказался в ту же минуту. Но обратилась к нему Марина — к нему, а не к Денису, не к Сереже и не к Зайчихину. Она попросила Валерку Сиволобова, и это не было случайностью: Марина верила в него, в Валерку. Считала его человеком умелым и толковым.

Из-за двери пионерской комнаты Валерка услышал музыку. Марина сидела за длинным столом и что-то записывала в толстую тетрадь. А в стороне сидел на стуле, не доставая ногами до пола, мальчишка с лыжей в руке. Это, конечно, и был тот самый первоклассник «несчастный», как называл его про себя Валерка. Но первоклассник Стасик вовсе не был похож на несчастного. Лихой вихор на макушке, глаза смотрят весело и довольно нахально. «Пробивной», — почему-то подумал Валерка. Так его мама называет тех, кто умеет ловко преодолевать разные препятствия на своем пути.

Марина кивнула Валерке и снова углубилась в тетрадь. Стасик сполз со стула и положил перед Валеркой свою дурацкую лыжу. Вот она выглядела действительно несчастной — крепление было выдрано из нее и болталось на одном шурупе.

— Во сумел. — Валерка почесал затылок. — Как ты этого добился-то?

— Прошлый год, — ответил не совсем впопад Стасик и выскочил из комнаты. А чего ему? Гуляй, пускай по лужам корабли.

Валерка покосился на Марину и засучил рукава.

— Сейчас мы ее приладим. Вот они, шурупы, вот она, отвертка. А чего? Большого ума не надо. Вот они, дырки старые, в лыже — готовые отверстия от старых шурупов. Приложил Валерка Сиволобов крепление на прежнее место и стал в отверстия шурупы вворачивать. Они легко шли, магнитофон играл, Марина не вмешивалась — видно, она Валерке доверяла. Он все сделает, как надо, этот надежный, умелый парень, Валерий Сиволобов.