Изменить размер шрифта - +
И почти сразу же на площадку выехала небольшая повозка с передвижной сценой для представления мистерий, на ней была воздвигнута сторожевая башня, из которой в коричнево-серебряном одеянии верхом на коне появился Генри Гилфорд, один из основных соперников «команды» короля в сегодняшнем состязании. Он и его оруженосцы в красочных костюмах также обратились к Екатерине с прошением разрешить им участвовать в турнире. Затем с такой же просьбой перед королевой предстали маркиз Дорсет и Томас Болейн, которые появились в одежде пилигримов, возвратившихся из паломничества к усыпальнице Святого Иакова в Компостеле. В руках у них были посохи пилигримов и золотые щиты с символикой усыпальницы. Еще на одной повозке-сцене въехал граф Уилтшир. На ней был представлен «Дом спасения» под сенью большого гранатового дерева. Сам рыцарь был в серебряных доспехах.

Наконец все принявшие вызов участники заняли свои места, и турнир начался. Закончился он опять же сокрушительной победой короля и трех его партнеров. Генрих в этот раз не только сломал большую часть копий, но ему даже удалось повергнуть на землю рыцаря вместе с его конем — случай довольно редкий; такое ему посчастливилось повторить лишь однажды в турнире в 1515 году. Так что сегодня он по праву «снискал славу героя» и получил первый приз.

 

В искусстве государственного управления Генрих был еще подмастерьем. Его «коллеги», правители государств на континенте, все были чуть ли не вдвое старше и относились к нему со снисходительным пренебрежением. Участия в европейской политике он пока еще не принимал, хотя тесть, Фердинанд Арагонский, убеждал его направить против французского засилья всю мощь английского оружия и денег. Папа, агрессивный Юлий II, также нуждался в поддержке Генриха в борьбе против французов в Италии. Девять месяцев назад он прислал Генриху традиционную золотую розу, миропомазанную святым маслом, которое используется при коронации, окропленную пряным мускусом, что символизировало долговечный и трогательный союз папства и английских королей.

С недалеким, разорившимся императором Максимилианом, которого все монархи Европы в насмешку называли «нищим», Генрих не имел практически никаких дел, а престарелый французский король Людовик XII в неопытном и молодом английском сопернике угрозы своим амбициям пока не видел. В начале 1511 года театром военных действий в Европе была Италия. Здесь уже второе (если не третье) поколение французских и испанских солдат сражалось между собой за господство в городах-государствах Возрождения. В данный момент победила Франция, но другой властитель полуострова, папа, был полон решимости изгнать французов. Даже теперь, в разгар зимы, Юлий направил своих солдат по снегу в бесполезное наступление на французов на севере Италии.

Что верно, то верно: политической, равно как и военной, репутацией Генрих не обладал. Но тем не менее у него на руках был весьма завидный дипломатический козырь — полпая казна. Великолепные костюмы, турниры, дворцовые празднества — все это стоило немалых денег, но пока расходы едва затронули то огромное состояние, которое оставил ему отец. Государства на континенте лишь способствовали увеличению его богатства. Генрих правил всего несколько лет, но уже не раз ссужал деньги под залог бриллиантов и других драгоценностей, а однажды даже под залог доспехов легендарного полководца XV века Карла Смелого, герцога Бургундского. Пять месяцев назад посол Венеции написал в донесении, что английский король согласился под залог драгоценностей ссудить синьории 150 000 дукатов.

А теперь вот появился младенец принц, который в самом ближайшем будущем сулил принести Генриху немалые дивиденды. Надо, чтобы английские дипломаты при всех европейских дворах как можно скорее начали переговоры о его помолвке. С помощью брачного союза с Францией, Португалией или австрийскими Габсбургами можно достичь немалых дипломатических преимуществ.

Быстрый переход
Мы в Instagram