— Нет, — сказал Есаул, внимательно рассмотрев маркировку на «ТТ». — Это Пестик не здесь нашел. Купил, зараза, небось. Пушка в пятьдесят четвертом выпущена. Валялась где-нибудь на складах, а какой-нибудь прапор ее загнал под «конверсию»… Пружинки нормальные, должна работать.

Механик покуривал, не отвечая. И о чем-то думал. Дождался, пока Есаул соберет пистолет, и сказал:

— Понял я, куда Лысяра намылился. По-моему, он к тарзанке поперся!

— Зачем?

— Он весной где-то в той стороне работал. Наверняка заныкал что-нибудь.

— Ну и пусть подавится! — махнул рукой Есаул.

— Боюсь, как бы нам не подавиться! — заметил Механик. — На той неделе, помнится. Колун говорил, будто у Лысого там «ППШ» целый лежит… Только вот без патронов.

— Ну и что?

— Чудак! Эти — тэтэшные для «ППШ», один к одному. А у него целая пачка.

— Будет он нас искать… — с некоторой неуверенностью произнес Есаул. И задумался. А потом сказал:

— Ну-ка распечатай пачечку! — И, выдернув магазин из рукоятки «ТТ», стал снаряжать его патронами.

Откуда-то сзади донеслось урчание моторов.

— Похоже, эти, что деньжата пригребли, свалили… — заметил Механик.

— Точно, дождались Серого с кассой — и тю-тю! — повеселел Есаул. — Пошли-ка, Мех, к выходу! Пусть эта сука свой «ППШ» ищет, а мы потихонечку, полегонечку — и на автобус.

— Поздно, — сказал Механик, — вода уже поднялась. Видишь, дальние сосны из воды торчат. А от них до просеки, которая за завалом, — до фига и больше.

Значит, в лагере сейчас воды — метра на два. А на просеке — по грудь.

— Так это чего ж? — пробормотал Есаул. — Отрезало нас, выходит?

— Почему? У тарзанки же запруда. Перескочим на мысок, а дальше — через «язык» на «Черном полигоне». Там где-то просека была, место высокое, лес сухой.

Километра через четыре на опушку выйдем, а оттуда полями — на Рос-ляково. Это уже на Московском шоссе. На автобус до города хватит. Одно опасно — там те, что с Герой ушли, могут встретиться. Ну и Лысый, если у него «ППШ» есть, подсуетится.

— Хрен с ними! — сказал Есаул. — Мне лишь бы выбраться отсюда. Пошли!

Механик повел Есаула к бывшей тарзанке своей, более короткой тропой, и в нужный район они вышли быстро, миновав один из тех двух танков, что были подбиты уже на левом берегу речки.

— Погоди, — сказал Механик, останавливаясь около «T-III», который со всех сторон оброс кустами. — Мне свою заначку надо достать.

— Святое дело, — согласился Есаул, который был рад возможности слегка отдышаться. Механик прытко вскарабкался на ржавую броню, открыл люк и исчез в башне.

Появившись из люка, Механик отряхнулся от ржавчины и открыл самодельный жестяной «дипломат», покрашенный масляной краской цвета хаки, в котором лежал набор слесарных инструментов, а также несколько самоделок, которые подпадали под статью УК, наказывающую за незаконное изготовление и хранение оружие, там же лежал вороненый короткоствольный револьвер, самым интересным элементом конструкции которого было наличие двойного ствола и двух рядов гнезд на барабане, а также регулятора на бойке, позволявшего из нижнего ствола пальнуть в неприятеля шестью любыми 9-миллиметровыми патронами, а из верхнего шестью тэтэшными 7,62.