— Скажите им, — попросила она. — Скажите им, чтобы пришли.

— Вы имеете в виду принца и принцессу?

Она кивнула.

— Скажите им, что я плохо сплю, оттого что они избегают меня. Не знаю, что я им сделала. Ума не приложу, почему они сердятся!

Чавен решил, что передаст ее слова близнецам в несколько смягченном виде. По многим причинам Баррику и Бриони стоит посетить мачеху до рождения ребенка. Нужно обязательно убедить в этом близнецов.

Чавен чувствовал, что ему нужно побыть одному и подумать. Он еще раз почтительно поцеловал руку Аниссы, поклонился и направился к выходу.

Маленького пажа согнали с его соломенного тюфяка и отправили искать другое место. Наконец-то они остались одни.

— Что тебя так беспокоит? — Бриони села на край кровати. — Расскажи мне…

Брат натянул на себя меховую мантию и глубже зарылся в одеяла. Зима еще не наступила и до Дня всех сирот оставался целый месяц, однако ночь была довольно холодная. Хотя Бриони казалось, что в комнате тепло.

«Неужели его еще не отпустила лихорадка?» — подумала она.

Прошло больше десяти дней после выздоровления, но Бриони слышала, что иногда лихорадка затягивалась, возвращаясь снова и снова.

— Почему ты решила оставить недоумка-поэта в замке?

— Он меня позабавил, — ответила принцесса. «Неужели я должна это с кем-то обсуждать?»

— Я подумала, что он может развеселить и тебя. Он уверял, что пишет эпическую поэму обо мне — «панегирик». Уж не знаю, что это значит. Он сравнивает меня с самой Зорией. И лишь богам известно, с кем он захочет сравнить тебя. С Перином, наверное… нет, с Эривором в его колеснице, запряженной морскими коньками. — Она попыталась улыбнуться. — В конце концов, Пазл уже никого не смешит, и мне жаль его. Я подумала, что нам нужен кто-то новенький, чтобы повеселиться… Кстати, когда я уходила от тебя в прошлый раз, ко мне подошел Пазл. Он рассказал, что в ночь убийства Кендрика видел в зале Гейлона.

Баррик нахмурился. Он казался не просто сонным, а оцепеневшим.

— Кендрик встречался с Гейлоном?… — спросил он.

— Нет. Пазл встретил Гейлона.

Бриони вкратце пересказала все, что узнала от шута.

— Он услышал, что Гейлон исчез, — отмахнулся Баррик, — вот и все. Шут просто хочет, чтобы мы вспомнили о его словах, если Гейлон окажется предателем.

— Не уверена. Пазл никогда раньше так не делал.

— Потому что отец всегда ему покровительствовал. — Выражение лица Баррика вдруг стало совсем отстраненным. — Он тебе нравится?

— Кто?

— Поэт. Он красив. Хорошо говорит.

— Красив? Думаю, он несколько смазлив. И бородка у него дурацкая. Но я оставила его в замке не поэтому. Просто… — Бриони поняла, что Баррик уводит ее от темы разговора. — Баррик, я не хочу больше тратить время на обсуждение этого дурачка. Если поэт тебе неприятен, дай ему денег и отошли прочь — мне все равно. Он не имеет никакого отношения к серьезным делам. А нам нужно поговорить именно о них.

— Я не хочу, — ответил Баррик.

Он произнес эти слова с неизбывной скорбью.

Интересно, подумала Бриони, все братья и сестры одновременно любят и ненавидят друг друга? Или только близнецы? Они с Барриком связаны столь тесно, что казалось, они не могут дышать друг без друга.

— Нет, ты расскажешь, — настаивала сестра. — Ты чуть не убил помощника трактирщика. Почему?

Баррик молчал.