- И все же мне хотелось обсудить кое-какие вопросы с непосредственным вашим начальником.

- Никаких переговоров с вами вести не будут.

От злости к Александру даже вернулась былая сила и бодрость. Изловчившись, он ногой дотянулся до казана, который уже остыл, но продолжал излучать приторные запахи мяса и лука, и неожиданно ударил по литой его ручке. Казан, будто резиновый мяч, влетел в круг, где мужчины покуривали анашу, и, разбрызгивая масло, рассыпая рис, приземлился на колени одного из присутствующих. Теперь на пленника обратили внимание. Какой-то малый уже сидел на груди Турецкого, пригвоздив его плечи к полу, вокруг, словно вороны, каркали нависшие над головой черноволосые, черноглазые бандиты. Через минуту Александру почему-то развязали руки и поволокли куда-то вниз по оказавшейся за дверьми лестнице. Его запихнули в чулан с запахом протухших овощей, и, когда глаза немного адаптировались к темноте, Турецкий увидел, что в его новом пристанище, помимо клочка сена, ничего нет. Обессиленный от побоев и наркотиков, Александр опустился на эту единственную постель.

Неверный, неизвестно откуда лившийся свет не давал представления о времени суток. Иногда в качестве разрядки Александр подбегал к двери и, отчаянно ругаясь по-русски, забыв о конспирации, колотил в двери, отчетливо понимая, что никто его не слышит. Наверное, у него оставалось еще немного сил, когда где-то вдалеке прозвучали шаги… Александр рухнул прямо на руки тюремщиков…

- Хорошо еще, что мой агент догадался о случившемся, журил Турецкого Али, собирая трубочки кальяна в единую гармоничную конструкцию. Так бы и сгинул наш Сашечка, как у вас говорят, не за понюшку табака. Во-от! Сейчас я научу тебя курить кальян.

Турецкий едва начал приходить в себя после перенесенных испытаний. Остатки памяти сохранили, что его куда-то везли на открытой машине с завязанными глазами, потом он валялся на песке, а потом голос Али, и все…

- Ты хоть понял, Сашечка, у кого в зубах оказался?

- Еще бы! Террористическая организация "Исламское возрождение".

- Верно. А по какому поводу?

- Это еще труднее не понять. По нашей с тобой диссертации.

- Ничего подобного. Давай прикладывайся, Али подал Турецкому трубочку. Набирай побольше воздуху и заглатывай дым. Тут главное дело правильно заправить. Это отдельная наука.

Турецкий приложился к ароматическому отверстию. Вода в стеклянном сосуде заурчала, подстраиваясь под ритм дыхания курильщика, розовый фимиам закружился по чайхане, куда привел Али Турецкого. Черные блестящие пятна поплыли у Александра перед глазами.

- Ну, ну! Совсем ты, Саша, обессилел. Это же не наркотик и даже не обычный табак, это великое искусство набора масел, ароматических веществ. Ты слишком глубоко вдохнул, "до дна", как у нас говорят. Нельзя.

Али закрыл глаза от наслаждения, которое ему доставляло курение кальяна.

- Тут же все очищается, никакого никотина. А насчет твоего ареста скажу самое обидное, что тебя могли бы и не взять, если б ты не обхитрил сам себя. Мой агент та женщина в белом, от которой ты все-таки убежал, не допустил бы этих бандитов на порог. Но ты так нервничал из-за ее присутствия, что я распорядился снять охрану. И вот к чему это привело. Кроме того, самое смешное, что ты боевикам был не нужен. Они ошиблись.

- Как ошиблись?

- Очень просто. Приняли тебя за агента английской разведки. У них между собой давние счеты.

- А как же наша диссертация?

- Ничем, к счастью, не могу помочь. Проверил по всем каналам. Никакого отношения к Новогорску ни один ишак не имеет. Понимаешь, Саша, нашим людям легче диверсию в Индии совершить. России они боятся. Это я отважно поехал в Москву, да и то только потому, что молодой был, заулыбался Али.