- Разумеется, проверим. Можете сами взять на себя эту проверку, если вам так хочется.

- Нет уж, нет уж, возразил я. Со своими людьми разбирайтесь сами.

Мы попрощались и пошли к выходу, но нас поймала Лара.

- Константин Дмитриевич, сказала она. Там в числе задержанных оказалась Нина Ратникова. Вы не могли бы ей помочь?

- Нина Ратникова? Меркулов с недоумением посмотрел на меня.

- Жена убитого в Краснодаре капитана, объяснил я. Она долгое время была за границей и вернулась пару недель назад. Мы беседовали с ней, я тебе уже докладывал.

Мы заглянули в зал, где собрали задержанных людей, и Лара вызвала оттуда Нину. Та, как и все, была растеряна и испугана, хотя и выглядела по-прежнему шикарно.

- Здравствуйте, Александр Борисович, пролепетала она. Это такой кошмар!…

- Вас уже обыскивали? спросил я.

- Да, сказала она, на входе. У меня были ключи от машины и зажигалка…

- Предъявите сумочку офицеру, сказал я, указав на молодого лейтенанта, который наблюдал за нами. Посмотрите, лейтенант, мы из федеральной прокуратуры.

Тот кивнул, взял сумочку и вывернул ее на стол. Лениво поковырялся в дамских вещах, пожал плечами и сказал:

- Все, можете забирать.

- Она пойдет с нами, заявил я.

Тот не отреагировал, и все вместе мы поскорее покинули место только что совершенного преступления.

Нина действительно была сильно возбуждена, и когда увидела, как дрожит ее рука, которую она протянула, чтобы включить зажигание в машине, то даже испугалась. Она никогда так не волновалась после совершения акции, и дело здесь скорее всего было в том, что ей не приходилось стрелять в присутствии такого количества людей. Надо было прийти в себя, и она закурила сигарету.

Пистолет с глушителем был упрятан в женской сумочке, ствол чуть выглядывал наружу, а через боковой карман она легко могла им воспользоваться. Рано утром, выехав за город, она отстреляла две обоймы, привыкая к необычному использованию оружия.

Кто- то постучал в окно ее машины, и она вскинула голову. Это был Бук, и она открыла ему дверцу. Тот тяжело уселся на переднее сиденье, рядом с нею, и сказал:

- Ну и погодка нынче, прямо Африка… Ты что-то плохо выглядишь, девочка.

- Да, выдавила из себя Нина.

- Твой приятель в этом смысле куда хладнокровнее, заметил Бук. Ловко вы все это провернули, а?

Она вздохнула и ничего не ответила.

- Ты его ждешь? спросил Бук.

Нина покачала головой.

- Руки дрожат, проговорила она. Не могу управлять машиной.

Бук усмехнулся.

- Не знаю, что я чувствовал бы на твоем месте. Давай я сяду за руль. Нечего нам здесь торчать, я думаю.

Он вышел из машины, а Нина просто переползла на соседнее сиденье. Бук сел за руль, тронул машину с места, и они проехали по улице.

- Вас выручает наглость, говорил Бук по дороге. Я сам прикидывал, как бы я смог организовать это дело, но ничего не придумал. Я бы не стал рисковать. Ты видела, сколько было в зале охранников?

- Конечно, кивнула Нина. Они очень хотели его поймать.

Бук радостно хохотнул.

- А все же приятно, сказал он. Я ведь сразу понял, когда взрывы начались, что сейчас будут шмалять красавцев. Но я и представить не мог, что в такой суматохе это пройдет! Он гений, твой Бэби.

- Просто он сумасшедший, сказала Нина со вздохом.

- Это одно и то же, заметил Бук. Как вам удалось все это пронести в зал?

- Как-то удалось, сказала Нина.

- Понятно, секрет фирмы, кивнул Бук.

- Ты-то как здесь оказался? спросила Нина устало.

- Что ж я, по-твоему, два и два не могу сложить? буркнул Бук. Я приехал на спектакль, и, должен сказать, премьера удалась. Хотел бы послать цветы премьеру, но ты ведь не дашь мне адреса.

Нина улыбнулась.

- Цветы могу принять и я, сказала она.