Джеки вздохнула и посмотрела на окно, за которым сияло безоблачное небо.

– А, понимаю, сегодня жарко, и ты вволю набегался. Теперь, наверное, пить хочешь?

Виски жадно вытаращил глазки.

Джеки принесла из кухни мисочку с водой и поставила ее на ковер в гостиной.

– На!

В мгновение ока Виски слетел к миске и жадно приник к воде. И вдруг замер. Подняв мордочку, он с явным отвращением посмотрел на воду, надменно развернулся и направился прочь. Около стола, на котором стояли два графина с вином, он с надеждой обернул к Джеки свои огромные зеленые глаза.

– Ни в коем случае! – решительно заявила ему Джеки. – Это самая отборная мадера папы, и уж вовсе не для кошек! – Она указала на его миску. – Придется тебе пить воду, дружок. Или воду, или ничего, сам выбирай.

Не желая сдаваться, Виски стал тереться о ноги Джеки с душераздирающим мяуканьем.

– Нет, – упрямо повторила Джеки.

Виски сдался и неохотно лизнул лишенную вкуса жидкость. Затем, словно подчеркивая свое возмущение, он поднял черную лапку и опрокинул миску на ковер.

– Виски! Ах ты, разбойник! – ахнула Джеки, увидев, что вся газета промокла от пролитой воды.

Виски ответил ей сердитым взглядом, потом задрал хвост и величественно удалился из гостиной.

Джеки хотела догнать его, но в коридоре Виски вдруг замедлил шаг, затем остановился, хищно поблескивая глазами. Выгнув спинку и приготовившись к прыжку, он громко зашипел. Джеки поняла, что он приготовился напасть на невидимую ей цель. Внезапно в коридоре возникла Грета, выговаривая Виски по-немецки и выгоняя его в кухню.

Мгновением позже готовность Виски к прыжку объяснилась появлением на пороге гостиной Дэна Уэстбрука.

– Добрый день, дорогая, – весело поздоровался Дэн, оглянувшись на поспешно изгнанного Виски.

– Привет, Дэн. – Как всегда, у Джеки взволнованно и радостно забилось сердце.

– Нет, нет! Такое приветствие меня не устраивает. – Он приподнял ее руки, заставив обнять себя за шею. – Ну-ка еще раз.

Джеки улыбнулась:

– Привет, Дэн. – Встав на цыпочки, она легко поцеловала его в подбородок.

– Привет, Жаклин, – осипшим голосом отвечал он и, притянув к себе, поцеловал ее в губы.

– Дэн!.. Грета...

– Она занята с твоим диким котом... Поцелуй меня еще раз.

– Но...

– Поцелуй!

Он смел ее протест теплым движением языка, испытав несравненную радость, когда Джеки сдалась, и упивался роскошной негой ее рта, чувствуя, что весь загорается.

– Вот так, любовь моя, правильно, – бормотал он, и оба задрожали от страсти. Месяц назад этого было бы достаточно. Обнимать ее, целовать и дразнить тем, что им предстоит... это удовлетворяло его в течение последних недель. Но больше нет. Дэн хотел ее, желал ее со страстью, которую не мог уже сдерживать. – Жаклин...

Джеки тихо простонала и откинула голову назад.

– Дэн... – В ее голосе не было страха, только волнение, отразившееся на ее живом раскрасневшемся лице. – Мы не можем...

– Я хочу тебя, невероятно хочу! – Он едва сдерживался.

– Не сейчас... и не здесь. Еще рано. – В полном смятении она покачала головой. – Дэн, прошу тебя. Я не в состоянии рассуждать, когда ты меня обнимаешь.

– А может, я не хочу, чтобы ты думала.

– Но должен же кто-то из нас думать!

– И это должна быть именно ты?! – усмехнулся Дэн. – Моя неутомимая Жаклин. – Его руки соскользнули к ее бедрам. – Скажи, что ты меня хочешь.

Джеки облизнула пересохшие губы.