— Мне нужно идти. Я позвоню тебе позже, — с трудом выдавливаю я.

— Билли, я приеду, — говорит Лана.

— Ладно, приезжай.

Она вешает трубку, и я чувствую, как мои глаза начинают заполняться невыплаканными слезами. Он использовал меня, все было ложью. Все, что было.

Внезапно я чувствую слабость и беспомощность. Мне хочется завыть от этой ужасной тоски и дикого ужаса, но я едва шепчу. Я пытаюсь сдержать злые слезы, но горло так першит, что они начинают катиться, я до боли сжимаю глаза, чтобы их не было. Дерьмо. Я на самом деле сейчас заплачу. Я пытаюсь моргать, но одна или две слезинки все равно начинают сползать по моим щекам. Я наблюдаю, как поменялось выражение моих глаз. Жалость? Черт с ним. Я не позволю никому меня жалеть. Я заставляю себя сесть и пытаюсь успокоиться. Но мое сердце сжато холодном, словно заиндевелый камень.

— Боже мой, Боже мой, — повторяю я, пока слезы стекают у меня по щекам.

Я никогда не попадала в такую ситуацию раньше. Всегда Лана попадала в какую-нибудь беду и ей требовалось плечо, на котором она могла поплакать. Я сильная. Как только она приходит, я смотрю на нее в шоке, потому что вижу, что она изменилась. Она стала другим человеком. Она обнимает меня своими тонкими руками и держит, прижав к себе, долгое время. И все это время я молча стою, напитываясь ее любовью, которая просто выплескивается из нее.

Мой подбородок дрожит, и я стараюсь, с большой силой стараюсь взять себя в руки, и в конце мне удается. И скорее всего она, должно быть, чувствует это. Она по-прежнему обнимает меня, но ведет к дивану, я измученного опускаюсь на него. Какое облегчение сесть на этот мягкий диван.

И первые слова, которые она произносит, удивляют меня до глубины души.

— Меня не волнует, даже если это он, я не буду выдвигать обвинения.

Я смотрю на нее в прямом смысле открыв рот.

— Блейк собирается поговорить с Эбени, чтобы кое-что узнать. Ты не знаешь, где сейчас Джерон?

Я отрицательно качаю головой, чувствуя себя полной дурой. Я была так глупа, так слепа.

— Не волнуйся, люди Блейка найдут его.

Я киваю, а потом смотрю ей прямо в глаза.

— Я знала, что он вор, но мне было все равно. Он воровал у богачей, он был типа Робин Гуда, — мой голос ломается, переходя на рыдания. Ты себя слышишь. Я говорю, как полная идиотка. Робин Гуд. Он использовал меня, чтобы украсть у моей лучшей подруги. — Я сожалею. Мне жаль, что он украл у тебя. Я сожалею, что сама привела его в твой дом.

— Ох, Билли! Пожалуйста, не извиняйся. Я бы отдала тебе эти драгоценности, если бы знала, что ты так их хотела. Они не важны для меня, для меня важна ты, — она замолкает на мгновение. — И Джерон. Джерон важен для меня тоже.

— Что ты имеешь в виду? Он обманул меня и предал твое доверие и дружбу.

Она пожимает плечами.

— Он мне понравился с первого взгляда, но у меня всегда были сомнения на счет Эбени. Поэтому я не собираюсь верить в худшее, прежде, чем он не объясниться.

Я смотрю на нее в шоке, она не сдалась по поводу Джерона, отказываясь судить о нем. У Ланы звонит телефон, она достает его из сумочки.

— Позволь я отвечу. Это Блейк.

— Привет,дорогой, — говорит она в трубку, потом внимательно слушает, затем отключается и поворачивается ко мне.

— Вот что поведала Эбени — большинство грабежей было сделано Джероном в одиночку, она только лишь принимала участие один или два раза, но в этот раз он связался с какой-то мафией, и все пошло не так.

— Да, он действительно говорил мне, что в основном действует в одиночку.

Она хмурится.

— После всех этих лет, почему он вдруг связался с мафией?

— Я не знаю.

— Что-то здесь не так.