— У каждого из нас свой путь, — ответил учитель с вызовов. Он глядел на Юти, будто намеревался открыть ей какую-то тайну. Однако момент прошел и наставник продолжил чуть спокойнее. — Но задай себе вопрос, почему твой новый друг не спросил, куда именно тебя надо отвезти. И надо ли? Уж не собрался ли он помочь тебе бежать непосредственно из Конструкта?

— Нет, он хочет заманить нас в ловушку и сдать Воронам, — съязвила Одаренная.

— Ты даже не представляешь, насколько близка к действительности.

Ерикан скользнул взглядом по ящикам и тут же подошел к одному из них. Легким ударом открыл крышку и вытащил оттуда пузатую бутылку итахорского бренди.

— Зачем ему это? Не легче ли провернуть подобное прямо здесь?

— Не легче, — ответил Ерикан, прервав свою речь на три больших глотка. После он неодобрительно поморщился, что свидетельствовало о низком качестве пойла, и продолжил. — Первая причина — его дочь. Это испортит отношения с ней. Вторая — если в лавке поймают заговорщиков, подобное навлечет тень на самого ростовщика. А людская молва — самое опасное, что может быть в делах торговца. Лучше вывести нас подальше, а после сдать имперским гвардейцам или Воронам.

— Жду не дождусь, когда мы окажемся в безопасности, и я напомню тебе все твои черные слова, — не сказала, а буквально выплюнула Юти.

На том их беседа закончилась. Ерикан продолжал уничтожать итахорское бренди (лучшее, что можно было делать с этим подозрительным напитком), а Юти изучать содержимое склада. Правда, теперь хождение между ящиками и чтение забавных записок Агора Армини не доставляло ей былого удовольствия. Отравленные зерна недоверия наставника пожухлыми стеблями с черными колосьями сомнений взросли в девочке.

Потому когда спустя много часов дверь на склад скрипнула, Юти, доведенная собственными мыслями едва ли не до нервного истощения, легонько вскрикнула. На пороге стоял ростовщик, глаза которого в темноте походили на две свечи и сверкали пламенем самого Инрада. С большим запозданием девочка поняла, что все это надумала себе. Агор просто подслеповато щурился, не в силах найти здесь своих нечаянных гостей. А в руке его и правда был канделябр с двумя свечами.

— Где вы?

Фигуры девочки и старика тут же выросли на дорожке света, падающего из-за двери. Агор удовлетворенно, явно даже не надеясь, что проклятая парочка подобно огненным ифирам исчезнет из его дома.

— Где вы хотели укрыться? — спросил он.

— Нам нужно добраться до одной из выгребных ям, впадающих в общую клоаку.

— Это называется канализация, — ответил Агор, который любил точность во всем. — Хорошо. Сейчас подъедет мой человек. Он отвезет вас в нужное место и вытащит. До той поры даже не высовывайтесь.

Произошедшее после породило в душе Юти лишь новые сомнения. Нет, за ними и правда пришли, тот северянин-телохранитель, дюжий молодчик самого угрюмого вида, без колец на пальцах, но явно Одаренный. Девочка уже начинала распознавать таких. Значит, либо миели, либо сиел.

Он без лишних слов вывел гостей через черный вход, у которого уже стояла странная укороченная повозка с высокими бортами, наполненная доверху сажей и золой. Время и место было выбрано чрезвычайно удачно — из свидетелей здесь был лишь коварно темнеющий вечер.

Сиел (теперь Юти узнала это совершенно точно) развел руки и черный ворох в повозке пополз в стороны, обнажая дно. Ерикан понял все без лишних слов, да Юти догадалась. Они двумя юркими мышками бросились к повозке, а после северянин благодушно протянул им пустые, очищенные от внутренности, трубки рогоза. Юти едва успела вставить такую в рот, после чего черная взвесь накрыла ее с головой.