– Занятно. – Не то, чтобы он совсем на это не рассчитывал, но всё же, как любой специалист по выживанию был готов к большинству неожиданностей. На поясе кроме сешесса был боевой нож, на бедре пистолет, на теле разгрузка с многими полезными вещами, на шее пятьсот тридцатый Калашников, а за спиной вместительный пятидесятилитровый рюкзак, сшитый из кожи вручную.

Если Убежище недоступно, ну значит так тому и быть, и он достал из кармашка разгрузки, которая была надета поверх одежды, маленький радиоприёмник, и закинув антенну на дерево, включил сканирование радиоэфира.

Пока приёмник шуршал диапазонами, Алексей вытащил из ножен сешесс, нарубил веток, и стал мастерить из них средство передвижения по болоту.

– Гоури талхвасо инажи! Ем трасо, ил хони, рамас!!! Заорал в микрофон какой-то дядька, явно комментируя что-то вроде спортивных игр. В нижнем и среднем радиодиапазоне было полно голосовых и музыкальных радиостанций, но весь верхний этаж, сотни мегагерц, и выше, был пуст. И естественно не было никакой цифры, а лишь временами между голосовых станций прорывалась примитивная морзянка. Что говорило о том, что цивилизация в этом мире уже вышла на уровень радиосвязи, но компьютеров видимо ещё не придумали, или они были без линий связи.

Из длинных веток, Алексей собрал каркас будущей лодки и вытащив из разгрузки тонкий тент, обтянул каркас материалом закрепив его верёвкой на носу и корме, получил кривую и страшненькую, но вполне плавучую байдарку. Толстую часть дерева пустил на весло, потратив совсем немного времени, потому, что сешесс хоть и не подавал признаков жизни, послушно менял форму и резал дерево словно масло.

Постепенно на болото опустилась ночь, и Алексей, решив, что лучше переночевать в месте, где до него будет трудно добраться, растянул сетчатый гамак между двумя росшими на островке деревьями и установив пару сигнальных датчиков, заснул сном праведника.

Ночь была очень тёмной, но короткой, что как минимум говорило о времени года, но местное солнце так и не пробилось сквозь толстую пелену облаков.

К далёкому лесу добирался долго. Почти двенадцать часов махал непрерывно самодельным веслом, разгоняя тягучую жижу, и тихонько молясь каким-то богам, чтобы в болоте не оказалось каких-нибудь местных крокодилов или бегемотов.

Всё это время приёмник принимал, а имплант анализировал данные радиодиапазона, и временами в радиопередачах, которые доносились из крохотного динамика, начинали мелькать знакомые слова. Но всё равно этого было мало. Нужно полноценное общение с носителями языка, а желательно учебники.

На берегу аккуратно разобрал лодку, свернул и убрал тент, и даже прибрал куски верёвки, а палки забросил в болото. Воткнул в болото фильтровальный стакан, и пока он наполнялся кристально-чистой водой, вытащил из рюкзака банку каши с мясом, и дёрнув кольцо саморазогрева, присел на корягу в ожидании, когда ужин будет готов. Посидел размышляя о бренности бытия, пока одна простая мысль словно хлопушка взорвалась в голове.

– Ну я и придурок! – Он хлопнул ладонью по лбу, и вынув из рюкзака контейнер с семенами, достал из гнезда чёрное веретено, и положив его в карман, отошёл чуть в сторону. Выкопав ямку положил туда семечко и закрыл землёй. Подумал ещё немного и выдернув из болота фильтр, полил место посадки водой.

– Ну и ладненько. – Алексей несколько раз стукнул фильтром об дерево сбивая грязь, и снова воткнул его в болото, и принялся есть поглядывая на холмик куда посадил семя.

И всё равно это случилось неожиданно. С шелестом и резким щелчком, вверх из земли выхлестнулся тонкий тёмно-серый ствол с металлическим отливом, сразу поднявшийся до вершин деревьев.

Постояв так, он постепенно начал утолщаться, и в стороны прокинулись первые ветки, пока ещё тонкие словно усики винограда, но набирающие силу. И только сейчас, Алексей понял, что всё это время не дыша, смотрел на чудо.