Весь вчерашний день он проторчал возле Жениного дома, надеясь, что она все-таки придет туда. Но девушка так и не появилась. Вероятно, она уехала из города или спряталась у кого-нибудь из знакомых. Версий можно было придумать массу, и ни одна из них не радовала Стикса. Времени на поиски у него не было, адресов друзей Жени он тоже не знал, оставалось только положиться на случай, но в него Стикс давно уже не верил, предпочитая упованию на судьбу холодный, математический расчет. Поэтому он прекрасно понимал всю нелепость своего пребывания под окнами Жениного дома, однако не двигался с места, продолжая упрямо сидеть в машине и наблюдать за подъездом, в котором она когда-то жила. Никто, кроме него, не знал, насколько уникальна эта девушка, никто, даже она сама.

Чтобы скоротать часы томительного ожидания Стикс изучал предусмотрительно закупленные в ближайшем магазине дамские романы, как раз такие, где сюжетная линия соответствовала заветной мечте Энни. Романтичные героини на желтых страницах довольно увесистых книг непременно встречали своих "принцев" и, по правилам жанра, в конечном итоге оставались с ними "жить долго и счастливо". Именно такой сценарий Стикс написал для своей последней коробочки. Оставалось только встретиться с ее будущей обитательницей и завершить начатое дело.

Бросив задумчивый взгляд в сторону восемьдесят пятого, пока еще пустого, "портсигара", он грустно усмехнулся. Все было готово к отлету, и по сути здесь, в этом городе, его уже ничто не задерживало. Но, несмотря на это, Стикс продолжал медлить. Эн стала последней "точкой", которую он решил поставить в своей довольно-таки экзотической охоте на "самую деятельную личность". Потом… отъезд.

Яркое пятно медленно проплыло по экрану и призывно замигало, остановившись. Длинные мужские пальцы быстро набрали громоздкую комбинацию из цифр и букв на большой черной клавиатуре, и в следующую секунду картинка на экране начала увеличиваться, обретая черты схематичного пейзажа, в тонких белых линиях которого отчетливо просматривался силуэт знакомой Стиксу местности. Крошечный человечек осторожно нырнул в подвал одного из близлежащих домов, это означало, что Энни вошла в кафетерий, как раз в тот, который так любил посещать Стикс.

- Что ж, - проговорил он, пряча в нагрудный карман пока еще пустую серебряную коробочку, - время пришло.

Мужчина закрыл ноутбук, погасил свет и, выйдя из комнаты, направился в прихожую, бормоча на ходу:

- Так даже лучше, она все равно была для меня бесполезна…

Он думал о Жене и о том, что вряд ли когда-нибудь еще увидит ее. Дверь негромко хлопнула, ознаменовав уход хозяина. В квартире повисла гробовая тишина.

До самого утра Эн обсуждала со своей гостьей ситуацию, в которую та угодила, после чего собралась и ушла по своим, как она сказала, делам, оставив Женю в квартире одну. Перед уходом Энни приняла ванну, достала из шкафа новое, покрытое полиэтиленом платье, отрезала этикетку и, надев его, уложила волосы. Макияж и покраска ногтей заняли у нее целый час. Уставшая и изрядно помятая Женя с удивлением наблюдала процесс сборов энергичной и полной жизненных сил хозяйки, которая тщательно блюла себя, чего нельзя было сказать о месте ее проживания. Однако Эн это, похоже, совсем не заботило.

Оставшись одна, гостья уснула, погрузившись в тревожный тяжелый сон, вязкая масса которого накрыла ее сознание, уведя в водоворот странных, малоприятных образов и картинок, от созерцания которых становилось еще хуже. Очнулась Женя от протяжного телефонного звонка, настойчивости которого можно было позавидовать. Сняв по инерции трубку, девушка проговорила грустным, сонным голосом:

- Слушаю.

- О! Ты уже проснулась?! - радостно воскликнула Эн.