— Не вариант, — пробубнил себе под нос и еще раз попытался связаться напрямую.

Опять облом! Индивидуальная полусфера хорька не пропускает. Сразу же пришел план действий. Сцена в зале университета сделана из паркета, это вам не специальное сценическое напольное покрытие. Честно говоря, обрадовался, приложил ладонь к дубовым плашкам и немного усилил свой посыл, чтобы пройти сквозь тонкий слой лака и взять под контроль сотни паркетин. Получилось! При желании могу пару дубков прорастить, в паркете присутствуют не только сучки, но и фрагменты корней. Ну, далеко не первосортный строительный материал использовали, но мне только на руку.

Вот же чертов хорек! Он все свои ресурсы бросил на поддержание зеркального купола, словно вопрос стоял о жизни и смерти. Понятно, что ни на что не реагирует. Уф, источник Жейдера еще не опустошен, осталось процентов пять, так что успеваю. Следовало предусмотреть аварийное отключение своего питомца от использования им магии. Править и добавлять в алгоритмы новые условия сейчас нет возможности. Зато могу напрямую подключиться к его источнику.

— Приказ!, — мысленно ору Жейдеру. — Переключить девяносто девять процентов на общение со мной, а на защиту наплевать!

— Хозяин, — замедленно отвечает мой питомец, — первоочередная задача — сохранность твоей жизни. Указание не принимаю, оно тебе может нанести вред.

— Так ты решил меня ослушаться?, — поразился я. — Проверь первое правило!

— Постулат о том, что создатель всегда прав? Там еще оговорка: «Если он ошибается или есть в этом сомнения, то смотреть первый пункт?» — уточнил хорек.

— Молодец, правильно мыслишь, — похвалил я его, наблюдая за стремительным опустошением энергии в големе. — Переводи свои ресурсы!

Защитный купол, по мере отсечения и подпитки, стал таять. Вот он сделался полупрозрачным, а потом и вовсе исчез. Выдохнув, сделал несколько быстрых шагов к своему питомцу, не обращая внимания на госпожу Гарцеву и конферансье, устремившихся ко мне и что-то наперебой спрашивая.

— Ты как?, — присел перед сидящим хорьком.

— Сил много потратил, — ответил тот, подумал и добавил: — Не переживай, быстро восстановлюсь. Да, прости меня, необдуманно задействовал все свои возможности, только одна мысль присутствовала — держать защиту, чего бы это ни стоило.

— Все хорошо, — погладил я по голове хорька, отмечая про себя, что у того даже шкурка не блестит.

Взял на руки Жедера и сунул его под куртку. Нет, тот равнодушен к температурным перепадам, но сейчас ему необходим покой и проверка своих связей. Не хочу, чтобы отвлекался.

— Господин Жергов! Я же просила не применять никакой боевой магии!, — качая головой, заявила декан.

— Так такого и не было, — пожал в ответ плечами. — Если ваши экзаменаторы не смогли просчитать последствия от ударов, то это их проблемы.

— Станислав Викторовия, вы показались мне разумным человеком, — медленно произнесла Елизавета Матвеевна. — Выставлять университет «Артефакторики» в таком негативном свете позволить не могу! Скорее всего от дальнейшего участия в состязании вы отстраняетесь, из-за несоблюдения правил и пропуска сразу четырех ударов из пяти!

— Это как так?, — удивился я. — Воздушный кулак и три молнии меня бы отправили к целителям! Чувствую себя нормально, немного усталым, но не более того.

— Разговор с вами окончен!, — поморщилась декан.

Конферансье хмурится, но держит свое мнение при себе.