Запустив коптер, Алексей подтвердил отсутствие целей, и отойдя на край площадки открыл переход в Убежище.

Выбегавшие повзводно солдаты и офицеры сводного батальона, не толпились, сразу растекаясь дозорами и постами, и только командиры рот, оставались на месте, командуя своими людьми по радио.

Да, это было сильно менее удобно чем через тактический имплант, с поддержкой искусственного разума, но лучше наждачная бумага чем никакой.

В свете мощного фонаря, установка возле костра выглядела уже совершено фантастически. Кристаллы силы, аккумуляторы и обилие проводков, трубочек и индикаторов, и всё это блестело в свете костра, словно новогодняя ёлка. Что это за агрегат, Алексей не знал, но догадывался, что это и есть тот самый гаситель.

Спрятав порождение сумрачного разума в Убежище, Алексей попробовал местную кашу, которую грели на костре вояки, скривился от кислого вкуса, сплюнул, и достав пару галет и флягу, присел на подножку своей машины, которую выгрузили из Мечты первой.

До столицы было полторы сотни километров, и если бы не три десятка шестиместных квадроциклов, которые Алексей забрал с Земли, они бы конечно не успели. Машинки были совсем небольшие, узкие и низкие, но имели отличную проходимость, и станковый пулемёт на силовой раме, что превращало его в подвижную огневую точку.

Квадры, выгоняли из убежища, и сразу выстраивали на дороге, а десантницы занимали места. Наконец весь батальон был собран в колонну, и майор Тарос доложила о готовности к выдвижению.

— Ну поехали. — Алексей кивнул, и тронул свой квадр с места, одновременно поднимая воздушную разведку. Пара скоростных беспилотников, заняли позиции впереди колонны и сзади, обшаривая чуткими датчиками пространство на несколько километров в глубину.

Шла колонна быстро, не давая местной армии как-то собраться и организовать заслон, но временами стрельба возникала, правда с постоянным результатом. Крупнокалиберные пулемёты, сносили любые баррикады словно метлой, прошивая насквозь и заграждение и стоящих за ним людей.

Где-то через двадцать километров дорога превратилась в нормальное двухполосное шоссе, которое влилось в шестиполосную трассу с соответствующим движением гражданского транспорта. Но летящую на стокилометровой скорости колонну все пропускали без разговоров, особенно после предупредительного выстрела.

Первый серьёзный заслон им встретился на въезде в город, где повстанцы как-то собрали из стальных листов баррикаду, и постреливали через дыры в листах, из однозарядных ружей.

Две спаренных ЗУ-230 разметали этот заслон вдребезги, перемешав металл, и плоть, а боковые разъезды сводного батальона уже рвались по параллельным улицам к зданию, где заблокировали императора.

Четырёхэтажное массивное и строгое здание Высшей Технической Школы, с узкими окнами и широким пространством вокруг словно специально было предназначено для обороны, и ближняя охрана ардана, сумела воспользоваться всеми преимуществами положения. Окна нижних этажей были завалены мебелью и предметами интерьера, а вход вообще забили камнями, разобрав пару стен внутри здания.

В такой крепости можно было бы просидеть очень долго, но повстанцы подтянули пушки на лафетах, и стали понемногу долбать стену на первом этаже, надеясь пробить дыру для штурмующих.

Рассвет только-только осветил крыши зданий, когда пушки, артиллерийские расчёты, командиров и обслугу, смели пулемётами, словно стальной метлой. Пленных не брали, да и не было в этом необходимости. Только остановили работу очередной глушилки, и Алексей, развернувшись перед подъездом, вместе с майором Тарос пошёл ко входу.

— А, генерал Роков! — Император находившийся на самом верхнем этаже приветственно помахал рукой.