— Жёстко, вы. — Задумчиво произнёс старшина. — Ну пойдёмте хозяйство принимать. Никого не пускали, хотя желающие были. Кораблик-то упакован как невеста на выданье. Даже концы вона новенькие. — Он потёр волокна каната между пальцами, и они явственно заскрипели. — Тута вам конечно и канониров нужно человек десять, и по-хорошему мага-моториста, да мага-энергетика, да чтобы с допуском не ниже пятого класса. Потому как кораблик небольшой, но очень непростая начинка тут стоит. Движки как от крейсера, так что ограничений по скорости считай нет. Можно разгоняться пока не начнёт пушки из портов выворачивать. А это под три сотни будет. Так у нас мало кто ходит. Курьеры да вот — истребители. Но у курьера пушка только одна, и та, лишь для виду. А у истребителя калибр покрупнее, но всё одно, в одиночку ему Мотылька не завалить. Так что сразиться с ним может только крейсер, но он вас не догонит.

Со знанием дела старшина провёл Алексея по всему корабельному хозяйству, показал на нетронутые печати кладовых и моторного отсека, когда со стороны складов раздался крик.

Выйдя, Алексей обнаружил толстого потного мужичка, который что-то бессвязное орал на парочку работяг тыкая пальцем в разорванный кабель.

Работяги уже суетились, собираясь соединить концы кабеля какой-то муфтой, когда услышали громкое «Отставить».

— Я хозяин и командир Лазурного Мотылька, спрашиваю вас. Кто вы и почему воруете энергию у моего корабля.

Работяги сразу поскучнели, и постарались скрыться в складках местности, а мужчина, словно у него было три жизни, повернулся к Алексею, и продолжил орать.

— Ясно. — Алексей одними пальцами кинул в крикуна паралич, и жестом подозвал работяг.

— Золотой на двоих. Отключить этот чёртов шланг от моего кораблика, погрузить вот это, — Он ткнул пальцем в работника порта. — на какую-нибудь телегу, и доставить к вашему начальству. На словах передать следующее. Капитан Лазурного Мотылька, не будет рассказывать о том, что случилось маркизу Толго, если в течении ближайших двадцати минут услышит внятные и приятные моему уху извинения руководства.

Когда рабочие водрузили своего начальника на тележку, и убежали с ним куда-то вдаль, Алексей повернулся к старшине.

— Тебя как звать?

— Хуби Тархол. Старшина первого класса, корабельный состав — постоянный. Имею квалификацию канонира — тройки, двигателиста — тройки, и абордажника — второго класса.

— А получаешь сколько?

— Оклад первого класса сержантского корабельного состава. — Коротко ответил Тархол, и не увидев понимания в глазах капитана пояснил. — Десять монет в месяц, сто десять монет в год, и годовая премия на день Всех Богов — десять монет.

— Ко мне корабельным старшиной пойдёшь?

— А сколько платить будут? — Осторожно спросил служивый.

— Двести в год, нормально?

Сержант, срок контракта которого уже подходил к концу, кивнул.

— За такие деньги уже и офицера нанять можно.

— Ну а я найму одного шустрого старшину. И найди временно человек десять охраны. Пусть берегут наш кораблик. А то вон — отвернулись, а уже кто-то тянет свои лапы.

Несмотря на документ, подписанный лично императором, бумаги на владение пришлось оформлять почти целый день, и вечером Алексей ввалился в ресторан своей гостиницы словно с утра и до вечера грузил цемент.

Рубаи сидели за соседним столиком и при появлении Алексея лишь оглянулись, продолжая ужинать. Одетые в свои облегающие комбинезоны тёмно-фиолетового цвета, с очками — гогглами на лице и волосами заплетёнными в косицу которая шла от темени до лопаток, они были по своему очень красивы.