Третий уровень уже был более похож на лабиринт. Здесь коридоры извивались, и часто приводили в тупики, переплетались между собой образуя разноуровневые развязки, и вообще весь этаж был похож больше на ад для дорожника, с бесконечными трассами, которые ещё и были перепутаны между собой.

Но следопыты и микродроны делали своё дело, и имплант на основании представленных данных рисовал кратчайший путь, избегая тупиков и наиболее опасных мест.

Даже на электровелосипеде, Алексу потребовалось двенадцать часов чтобы доехать до перехода на четвёртый этаж, где была просто стометровая труба вниз, причём без скоб или каких-то зацепов.

Алекс походил вокруг оголовка трубы диаметром в пять метров, соображая, что со всем этим делать. Следопыты и дроны по причине эфирного барьера в середине трубы смогли обследовать лишь половину, и вроде не нашли ловушек, но это ровным счётом ничего не значило.

Закрепив клеем прочный крюк на ближайшей стене, и зацепив один конец верёвки к крюку, а другой к своему рюкзаку, чтобы можно было снизу уронить его в трубу, начал спуск. Трос никак невозможно было удержать в руках, поэтому у Алекса была специальное спусковое устройство, рассчитанное на тонкую словно струна верёвку, и пояс, с лямками для ног.

Пройдя половину пути, он развернулся головой, к полупрозрачному барьеру, который мешал пролетать следопытам, и стал неторопливо разматывать сложный узор, пытаясь понять кому это было нужно, и одновременно не потревожить сигнальные нити, которые уходили вниз. Всё было сделано довольно неплохо, но грубовато. Наводивший плетение явно не понимал необходимость оптимизации связей, из-за чего структура потребляла энергии вдвое больше чем могла.

Алекс чуть изменил структуру так, чтобы в ней появилась дыра, и в это отверстие запустил ворох совсем мелких следопытов с одной – единственной функцией – показ картинки.

И они показали. Пару каких-то техномагических агрегатов, две группы людей, суетящихся вокруг, одетых в какую-то чёрную блестящую ткань и алхениса стоящего в стороне.

Алекс прямо за барьером соткал эфирного двойника, и тот, управляемый имплантом, полез вниз имитируя движение по верёвке, и спрыгнул на площадку под трубой.

И сразу же агрегаты окутались розовой дымкой, а образовавшийся под трубой вихрь мгновенно слизнул фантома, и рванулся вверх словно пламя. Алекс только успел поставить щит, как поток врезался в него, и в долю секунды продавив, слизнул с Алекса броню, и преодолев тонкий заслон одежды вгрызся в плоть. Уже теряя сознание, он каким-то чудовищным усилием воли продавил тонкую мембрану входа в Убежище и ввалился внутрь практически куском мяса.

Очнулся Алекс в коконе регенератора. Подождал пока встроенные форсунки смоют гель. Вылез, растерев тело докрасна полотенцем, надел трусы, штаны и обогнув дом, подошёл к столу, за которым сидел Михалыч и Аргил, коротавшие время за шахматной партией.

– И что это было? – Алекс подхватил стоявшую на столе кружку, и понюхав содержимое, сделал большой глоток.

– Могу только предположить. – Михалыч с сочувствием посмотрел на Алекса. – Чистая эссенция распада. Применяется в оружии Творцов. Откуда здесь такая мощь, даже не спрашивай. Но считаю, что тебе повезло дважды. Основной урон приняла на себя твоя броня, и как ни странно одежда. Ну и то, что ты ухитрился пробить дыру в Убежище. Так что легко отделался.

– Но повторять не хочется. – Алекс покачал головой и отставил кружку. – Сам виноват. Привык что броня держит практически всё. – Он вздохнул. – Ладно. Пойду причинять добро и творить справедливость.

Справедливость вывалилась из трубы между уровнями в виде объёмно-детонирующей боевой части от тактической ракеты, и расплескав горючую смесь по коридорам и закоулкам освоенным бандой грабителей, вспыхнула ослепительным пламенем взрыва ахнув по подземелью катком ударной волны.