Бриллиант тишины — также самоцвет, значит, и делать с ним можно, что и с остальными. А нужно мне было лишь вывести из строя Кошачий глаз. Хотя бы на те же пару мгновений.

Когти медоеда были уже совсем рядом, когда я создал на левой руке покрытие, сконцентрировав всю силу аквамарина на небольшом пятачке, куда и пришёлся удар когтистой лапы. Рука отозвалась чудовищной болью, её откинуло в сторону, но свою задачу она выполнила на отлично. Я оказался вплотную к чудовищной морде этой твари. Из пасти отвратительно воняло, словно это было настоящее животное, а не человек, перекинувшийся под воздействие магии.

Зубы клацнули у меня перед самым носом, и в этот момент я нанёс удар.

— Давай! — что было мочи, заорал я Боре, вбивая правую руку, окутанную покрытием Бриллианта тишины, в пасть Медоеда.

Клыки впились в мою плоть, но не смогли ничего сделать. Да и были это уже не клыки, а нормальные человеческие зубы. А моя рука конкретно так застряла во рту у выпучившего, налитые кровью глаза, мужика.

Сила Бриллианта буквально аннулировала действие всех камней, установленных в маске Медоеда. Да и сама маска, после подобного вторжения не выдержала и разлетелась на несколько частей, плюхнувшись мне под ноги.

А затем в дело вступил Боря, и голова Медоеда отделилась от туловища. Вылезший из брусчатки каменный тесак, с лёгкостью отрезал её, едва не оттяпав и мою руку.

Следом случилось то, чего никто из нас точно не ожидал. Обезглавленное тело развернулось и побежало в ближайший переулок. Там, где уже лежали два тела. Сделав десяток шагов, тело запнулось, провалилось навзничь и затихло. А затем оно вспыхнуло ослепительным пламенем. Это же произошло и с головой, что по-прежнему висела у меня на руке. Покров всё ещё держался, поэтому я не чувствовал боли. Зато чувствовал, что ещё немного, и буду не в состоянии поддерживать магию. Слишком мало у меня в этом деле опыта.

А вот Боря не стал долго думать. Толстяк подскочил ко мне, схватил голову Медоеда и просто раздавил её, словно перезрелый арбуз. Раздался отвратительный хруст, затем чавканье, и нас забрызгало кровью и ещё какой-то гадостью. Даже думать не хочется об этом.

— Уходим отсюда. Чувствую, что к нам приближается ещё кто-то очень сильный. Второго медоеда мы точно не вытянем. — сказал Боря, и я увидел, как из-под его маски капает кровь. Бой с Медоедом дался ему гораздо тяжелее, чем могло показаться.

Я также ощущал лёгкую тревогу, которая постепенно нарастала. И даже эйфория от победы над медоедом не могла этого спрятать. Нагнулся лишь для того, чтобы подобрать осколки маски, расписал их по карманам и поспешил за припадающим на правую ногу толстяком.

— Давай помогу, — сказал я, подхватывая Борю под плечо, и на меня мгновенно навалилась нереальная тяжесть. Толстяк сделал ещё пару шагов и потерял сознание.

Между тем тревога всё нарастала. Я уже ощущал, что совсем немного и здесь появится противник, ничуть не слабее. А, скорее всего, даже сильнее медоеда.

Утащить Борю у меня точно не получится. А бросать его здесь я не собираюсь. Это верная смерть для толстяка. Может, в мире масок и принято бросать своих, но я так точно не буду поступать.

Отпустил толстяка, который завалился на правый бок и сел рядом с ним, окутывая нас силой Аметиста Теней. Я работал на пределе, но всё же успел. Успел к тому моменту, когда на площади появились два человека в длинных плащах, широкополых шляпах и масках, с человеческими лицами.

Попытался воспользоваться артефактом создателя, чтобы узнать, что за самоцветы вставлены в этих масках, и не смог.

Обнаружено десять самоцветов

Уровень мастерства недостаточно для идентификации самоцветов

Вылезло перед глазами, и я едва не потеряю сознание, а уровень заряда артефакта упал до двадцать двух процентов.