— Да. Только напрасно. Вы идете слишком медленно. Чистые будут прочесывать местность — вас наверняка найдут. И нас тоже.

— Предлагаешь покончить с собой, чтобы им не достаться? — мрачно ухмыльнулся собеседник. Когда — то это был крупный парень. Даже сейчас ширина его плеч вызывала зависть. На секунду у меня проснулось любопытство. Стало интересно, почему он в таком состоянии — за несколько дней так исхудать невозможно, тут явно результат долгого голодания.

— В паре миль впереди брошенная деревня. Всего несколько домов. Есть, где укрыться от солнца, вода в колодце и даже немного еды. Если доберемся туда, можно будет хотя бы дождаться гостей в комфорте. Да и патруль встретить проще. Если он окажется небольшим.

— Зачем нам это мясо? — громко возмутилась Кера, протягивая мне выломанную с корнем ветку платана. — Оно нас только тормозить будет!

Я оставил реплику без ответа, только покосился на Мануэля. Он, в отличие от Керы, наблюдал происходящее вполне одобрительно. Старик, несмотря на кажущуюся двужильность, едва стоял на ногах, зато на лице у него появилось знакомое уже выражение. Хищное и веселое — как в тот раз, когда мы охотились на чистых в городе.

— Ваша спутница, смотрю, не ищет компании, — глянул на Керу бывший житель барака.

— Мнение моей спутницы очень важно для меня, — кивнул я. — Особенно, когда оно совпадает с моим. Если вы согласны, давайте попробуем выжить вместе. Нужно только забрать вон ту железку — я кивнул на обломки наблюдательной вышки, среди которых торчал ствол пулемета. Присмотревшись, я узнал эту машинку, и очень удивился. Такие я только видел в журнале, который выписывал хозяин моей мастерской, среди оружейных новинок. Станковый пулемет Гатлинга, на гражданском рынке отсутствует. Его и в войсках не слишком много — не любят военные эти машинки. Не распробовали пока, а все из — за сложной системы наводки. Честно говоря, я сам не совсем понимал, зачем нам эта тяжеленная стопятидесятифунтовая бандура, в голове была только одна мысль — надо. Это чудо инженерной мысли вообще — то разработали еще в старой жизни, для войны на северных границах империи. Однако в полноценных боевых действиях им поучаствовать почти не довелось, а те столкновения, в которых они все — таки использовались, привели к разочарованию. По отчетам военачальников, применение «картечниц» являлось разновидностью дорогостоящей и совершенно неоправданной утилизации боеприпасов.

Достать его из — под обломков было тяжело, даже с помощью Керы. Ничего удивительного, учитывая, что вес нашего нового приобретения вместе с патронами и лафетом превышал центнер. Слава богам, падение с вышки не повредило тележку, так что катить ее смогла богиня в одиночку. Правда, только после того, как ей объяснили, что это за штука и для чего она нужна. Особых трудностей с перетаскиванием тяжелой машины богиня не испытывала, что не мешало ей ворчать по поводу бессильных спутников.

С новыми попутчиками наша скорость уменьшилась еще сильнее. Я теперь шел, опираясь одной рукой на палку, выломанную Керой. Рубио же помогал идти нашим новым друзьям. Они шли чуть позади, и старик что — то активно объяснял новым знакомым. Я не прислушивался — вымотался, наконец, настолько, что голову заполнила блаженная пустота. Мысли и чувства погасли под гнетом усталости, и это было прекрасно.

Я немного пришел в себя, когда показалась деревня. Даже чуть ускорил шаг, чтобы поскорее добраться до ближайшего дома, после чего с облегчением повалился на лежанку и забылся сном.

Не знаю, сколько времени продолжался «отдых», но состояние мое ничуть не улучшилось. Меня колотила лихорадка, а вся одежда была насквозь мокрой. С трудом разлепив глаза, увидел над собой лицо старика:

— Ну что, малыш.