И оно нашлось, только не в укромных парковых уголках, а на крыше корпуса, где когда-то планировали сделать пентхауз.

Кирилл залез туда для того, чтобы сверху поискать себе место для занятий, а нашёл вполне приличную площадку, залитую бетоном и корпус из кирпича без перегородок, с пустыми оконными проёмами. Для отработки ударов приспособил покрышку, валявшуюся здесь же, подвесив на кусок электрического кабеля.

И здесь ему было даже лучше, чем в номере. Вокруг — огромное воздушное пространство, впереди море, сзади городская застройка, а вечером всё феерически сверкало огнями.

На крышу вела пожарная лестница и лесенка от лифтовой, и Кирилл озаботился чтобы у него не случилось нежданных гостей устроив рукотворный завал на лестнице, забив дорогу кирпичами и строительным мусором, а сам поднимался по пожарной лестнице, вход в которую вёл с улицы, пристроив на дверь выходившую на крышу вполне приличный замок.

Вечером он обыкновенно гулял по набережной или брал билет на теплоход выходивший на несколько километров от берега для того, чтобы пассажиры могли полюбоваться огнями Ялты.

В городе работали десятки социальных и кооперативных кафе, ресторанов, танцевальных площадок, кинотеатров и концертных залов, так что выбор досуга был широчайший.

Людмила мелькала в поле зрения довольно часто, но это понятно. Город не так чтобы большой, а жили они не только в одном санатории, но и на одном этаже.

Девица смотрела глазами побитого котёнка, но Кирилла — Дарола это вообще никак не задевало. Кроме того, ему не просто не хотелось делиться секретами, а он понимал, что вся его жизнь сразу улетит под откос. И соответственно не собирался даже намекать на собственные возможности.

Ему не требовался покровитель, так как он не собирался идти в полицию, ему не требовалась любовница, потому как вокруг этого добра было завались, любого цвета, качества и даже количества и ему вообще ничего не требовалось из того, что он не мог добыть сам.

Обо всём этом он размышлял, прогуливаясь по набережной, и дойдя до конца повернул назад, когда рядом притормозила низкая спортивная машина, и пассажирская дверца плавно ушла вверх как крыло жука. Девушка, сидевшая за рулём, выглядела настоящей красавицей. Светлые волосы, убранные в косу, на груди едва сходящаяся жилетка, а на бёдрах длинных и стройных ног, весьма провокационная юбка.

Дама чуть наклонилась вперёд, демонстрируя грудь, и вытянулась вперёд.

— Молодой человек, не покажете мне дорогу до санатория МВД?

— Прямо и налево. — Ответил Кирилл,

— Я боюсь заблудиться. Вы не покажете мне дорогу? — Дама шевельнула шеей, и сделала губами «О»

— Там не заблудитесь. — Кирилл вежливо улыбнулся и повернувшись пошёл прочь.

Елена Косарева к своим двадцати пяти выглядела вполне восемнадцатилетней и свежей словно майская роза, от чего ей часто приходилось подтверждать возраст, особенно при покупке спиртного. Высокая, отлично сложённая с относительно крупной грудью, стройными длинными ногами бывшей чемпионки СССР по прыжкам в высоту и идеальным лицом фотомодели. Да такие предложения поступали постоянно, и Лена частенько мелькала на рекламных плакатах и телевизионных экранах.

Но истинным её призванием было решать проблемы, в том числе и вытаскивая на откровенность и подчиняя своей воле. Правда, она никогда не преступала грани закона, хотя у правоохранителей к ней имелось немало вопросов. Но пока всё сходило с рук.

Заказ от Московского Круга подтверждённый авансом в десять тысяч рублей она восприняла крайне серьёзно. В конце концов любое омоложение и почти вечная жизнь — всё через целителей Круга, и ссориться с ними — эпическая глупость. Ну и заплатили они щедро за в общем пустяковую работу. Прихватить мальчишку заставив его подписать мировое соглашение.

А вчитавшись в текст она просто захлебнулась слюнями.