— Может, хватит притворяться, герр Хеллер? — спросил Стоун.

Шамрон кивнул. Сегодня днем специалист из лондонской станции службы уже проверял эту комнату на предмет наличия подслушивающих устройств, но ничего не обнаружил.

— Ари, друг мой!

Стоун погрузил поджаренный тост в хрустальную вазочку с икрой, и Шамрон стал свидетелем того, как порция белужьей икры стоимостью в триста долларов перекочевала из вазочки в пасть хозяина комнаты. Потом Стоун минут двадцать вдохновенно повествовал о своих выдающихся успехах: в сфере бизнеса, филантропической деятельности, недавней встрече с принцем Уэльским и о чрезвычайно активной и разнообразной сексуальной жизни. За все это время он прервался только раз — чтобы отдать приказ Анхелине принести еще вазочку с икрой. Шамрон, наблюдая за пузырьками газа в бокале, кивал головой и время от времени бормотал: «Как это интересно». Или: «Как это увлекательно».

— Как поживают твои дети? — спросил Стоун, неожиданно меняя тему. У Шамрона имелись сын, приписанный к службе и находившийся сейчас в зоне безопасности в Южном Ливане, и дочь, переехавшая в Новую Зеландию, натурализовавшаяся там и не отвечавшая на его письма.

— Отлично, — ответил Шамрон. — А как обстоят дела у твоих мальчиков?

— Мне пришлось уволить Кристофера на прошлой неделе.

— Я что-то такое слышал...

— Мои конкуренты основательно позубоскалили на этот счет, но я считаю, что продемонстрировал в данном вопросе бескомпромиссность и мужество. Теперь каждый служащий концерна «Лукинг гласс», включая уборщиц и консьержек, знает, что я суров, но справедлив.

— Мне кажется, что увольнение — слишком строгое наказание за пятиминутное опоздание на заседание.

— Это дело принципа, Ари, а принцип — великая вещь. Тебе следует использовать мои наработки в плане воспитания сотрудников в своей конторе.

— А как там Джонатан?

— Стал работать на моих конкурентов. Я запретил ему думать о наследстве, а он ответил, что давно уже о нем забыл.

Шамрон покачал головой, дивясь тому, сколь неисповедимы бывают порой пути представителей младшего поколения.

— Итак, что привело тебя в мою контору, Ари Шамрон? Уж конечно, не желание хлебнуть шампанского и поесть икры. Ты почти не притронулся ни к тому, ни к другому. Ну же, не сиди сиднем. Выкладывай, что у тебя там.

— Мне нужны деньги.

— Я в этом не сомневался. Слава Богу, не идиот какой-нибудь. Можешь считать, что твоя шапка уже у меня в руках. Но прежде чем я ее наполню, ответь, зачем тебе деньги? Что ты замышляешь? Давай, Ари, поделись с товарищем. После всего того, что я сделал для твоей службы, ты просто обязан рассказать мне об этом.

— Это связано с тем, что произошло в Париже, — сказал Шамрон. — Боюсь, это все, что я могу тебе сообщить.

— Брось скрытничать, Ари. Должен же я знать, куда уходят мои денежки.

— Мне нужны деньги, чтобы схватить террористов, которые убили нашего посла.

— Так-то лучше. И сколько тебе нужно на этот раз?

— Полмиллиона.

— В какой валюте?

— В долларах.

— Ты хочешь получить эти деньги полностью — или по частям?

— Вообще-то передача средств должна иметь вид долговременного кредитования, так как я не знаю, сколько времени у меня займут поиски этих парней.

— Полагаю, это можно устроить. И кого же ты собираешься кредитовать?

— В Нассау есть небольшая пароходная компания, которая называется «Карлтон лимитед». Ее крупнейший контейнеровоз стоит сейчас в сухом доке на ремонте.