— Алекс, извините что вот так, но время дорого. — Мужчина чуть прикрыл глаза. — Я представляю силу в какой-то степени оппозиционную творцам, и их деятельности. И в этой связи у меня к вам несколько замечаний и одно предложение.

Мужчина говорил негромко, но чётко и ясно словно диктор, суховатым, безэмоциональным голосом.

— Первый раз вы помешали нашим планам, когда прибыли в мир Рухол. К сожалению угроза, исходящая от вас, была нами воспринята не со всей серьёзностью, что и позволило не только закончить вредное для нас дело, но и покинуть Рухол.

Дальше всё становилось всё хуже и хуже, пока не достигло своего пика здесь, на Перекрёстке. Так мы называем этот мир, где проходят линии четырёх Сил.

Количество и качество изготавливаемых сплавов двух, трёх и уж тем более четырёх энергий, находится в строгом балансе с возможностями по гашению поднятой ими волны. Это как с планетарным оружием. Десяток бомб в год, планета переживёт, а вот тысячу в день, уже нет. Вы, своими неразумными действиями, создали такую угрозу миру, что мы не можем не реагировать.

Мужчина вздохнул, и увидев, что пространство под куполом начинает подрагивать, одним взмахом руки восстановил зону безвременья.

— Мои условия просты. Вы отдаёте всё что сделали, и больше никогда не притрагиваетесь к изготовлению энергосплавов. Для этого, я вам блокирую сосредоточие сил, и вы конечно уже не сможете пользоваться энергиями в полной мере, но во всяком случае будете жить.

— У меня встречное предложение. — Всё время пока мужчина говорил, Алекс не только вливал эфирную силу в доспех, но и протянул тонкий канал от Убежища к мечу, по которому в клинок пошла иномирная смерть, покрывая лезвие сешесса тонким слоем розовой слизи. — Вы рассказываете истинную подоплёку всего этого дела, и умираете легко и быстро.

Вместо ответа, собеседник Алексея мгновенно обернулся облаком из которого торчали метровые клинки, и раскрутившись словно волчок, поплыл вперёд.

Облако гудело, свистело, и двигалось очень быстро, но Алекс вполне успевал блокировать все выпады, а некоторые клинки даже срезал, или обламывал, успевая потыкать своим мечом в глубину облака. Так они носились по площадке усеивая её какими-то странными белыми ошмётками и обломками, пока облако, не загудело как-то по-особенному выстрелив из себя тонким шипом, окутанным едва заметной серой дымкой. Скорость удара была такой большой, что Алексей никак не успевал отскочить или блокировать удар, но шип пробив эфирный доспех и одежду, наткнулся на что-то более твёрдое чем энергетическая броня, и его смяло словно пустую пивную банку.

Не особо размышляя, а скорее на наработанных рефлексах, ответной контратакой, Широков рассёк облако на две части, и неожиданно для себя, подхватил выпавший из противника круглый серый шарик, размером с кулак.

На обсидианово-чёрном полу, рядом с ногами Алексея, словно из пустоты стала проявляться лежащая фигура, пока не превратилась в тело лорда Арубара.

— Отличный сюрприз! — Возникший из ниоткуда мужчина в белом костюме — тройке, с длинными седыми волосами, забранными в хвостик, и широкополой белой шляпе на голове, усмехнулся.

— Творец-контролёр девятого сектора. — Он вытянул руку, и на ладони возник символ вселенной — фигура чем-то похожая на вытянутый вверх кочан капусты.

— Это меня должно в чём-то убедить? — Алекс и не думал убирать доспех, а лезвие меча, слегка дымилось от розовой эссенции иновселенской смерти, покрывавшей металл.

— Да в общем всё равно. — Контролёр рассмеялся. — Просто хочу озвучить несколько вещей которые вам хорошо бы знать. Он взмахнул рукой, и вместо арены, Алекс оказался в вечно цветущем саду, где на берегу небольшой речки стояла беседка из резного камня белого цвета.