— Чего застыл? — дернула его в сторону. — В чем мать родила ты меня уже видел, так что теперь угости госпожу ужином и, глядишь, мы перейдем к…

— Катерина, — тихое, вкрадчивое шипение Цасары буквально пронизывало душу насквозь.

Стрелок вздрогнула и слегка побледнела.

— Это я так шучу, — отрывисто произнесла она. — Пойдем, Ард. Посмотрим, чем богатеи давятся.

Они миновали свой вагон, затем прошли через еще один такой же, где за запертыми дверьми иногда слышались разговоры, в том числе и на незнакомых Арди языках, а затем, перешагнув очередной мостик между вагонами, оказались перед деревянной дверью, толкнув которую…

Ардан помнил рассказы Марта о «ресторанах» в Метрополии. Мол они украшены так, что парень сразу поймет, что оказался в дорогом и необычном месте. Так вот кто бы не строил этот вагон, то он, видимо, придерживался той же позиции.

Вместо купе здесь, по одну и другую сторону, стояли столы, укрытые белыми, шелковыми скатертями, на которых покоились хрустальные бокалы и серебренная посуда.

За некоторыми из них сидели путешественники. Женщины в платьях, шить которые мечтала мама Арди. Сверкающие искрящимися нитями, приталенные, почти до самого пола, они и сами чем-то напоминали длинные, высокие фужеры.

Каблучки их туфель слегка стучали о деревянный настил пола, а на, зачастую, оголенных плечах лежали меховые накидки из белого песца, лисы или норки. В сложных прическах застыли какие-то не менее интересные украшение из перьев, либо же голову прикрывали шляпки.

Напротив них или же рядом сидели кавалеры. Большинство, как один, тучные, с животами, в строгих черных костюмах с белоснежными, хрустящими сорочками. Запонки и пуговицы на их одеждах блестели драгоценными камнями и…

Арди присмотрелся — у всех, как у женщин, так и у мужчин, на запястьях или пальцах обнаруживались драгоценности. Кольца с бриллиантами, браслеты из розового и белого золота или же наручные часы, инкрустированные все теми же бриллиантами, рубинами, агатами и всем тем, что можно было выкопать, а затем дорого продать.

— Ничего себе, — выдохнула Катерина. — Обычно такого не быв… ах да. Коронация. Все съезжаются в Метрополию на коронацию.

— Господин, госпожа, — как из ниоткуда перед Арданом и Катериной возник очередной проводник. — Могу я поинтересоваться из какого вы вагона?

И, словно невзначай, он кивнул на табличку на стене:

« Напоминаем, что вагон ресторан работает только для обитателей вагонов второго и первого классов.»

Ниже эта надпись повторялась еще на нескольких языках, письменность которых Ардан никогда в жизни не видел.

— Вот, — Катерина протянула их билеты.

Проводник что-то сверил, улыбнулся и провел их к свободному столику.

— Одну секунду, господин, госпожа, — елейным голосом, едва ли не пропел молодой человек. — Я принесу вам меню. От себя посоветую мясо оленя из Царских Лесов с соусом Аоси. Нежнейшее блюдо. Очень рекомендую.

И он испарился, оставив Катерину и Арди один на один с меню, в котором не было сильного разнообразия блюд, но каждое из названий приходилось читать, потому как компонентов в нем было более, чем достаточно.

Не говоря уже о цене.

Это самое блюдо из оленя стоило…

— Шестьдесят два ксо, — прохрипел Арди, которому на какой-то момент стало нехорошо. Воздуха мало. Голова закружилась. А еще деньги карман обожгли.

— Возьмем два, — плутовато улыбнулась Катерина.

Арди виновато улыбнулась и достал на стол выданные ему деньги.

— У меня только…

— Попросим записать на счет купе, — отмахнулась стрелок. — когда будем высаживаться, у Йонатана не останется выбора, кроме как оплатить счет.