— Й-е-сс!

И все было бы хорошо, если бы не детали. Мелочи. Сущий пустяк, если подумать.

Маг, создавая фантомы, запрограммировал их на борьбу с Кабаном — видишь эмблему, атакуешь. Все просто, никаких систем «свой-чужой». И на следование за Ромкой, чтобы его прикрывать. Кому нужны фантомы, которые не могут за тобой угнаться? Так что вся эта жутковатая стая то ли обнаглевших учеников Хогвардса, то ли исхудавших в боях со злом бэтманов… Вся она последовала за Ромкой.

А Школа — на то она и императорская. Ее защитные системы живо разобрались в том, что это там летает, и в том, что оно опасности не представляет, тоже. И блокировать фантомы не стали. Пропустили. Хочешь — лети. Фантомы хотели, а Ромка о них забыл. Напрасно забыл, фантомы войну еще не закончили.

Впрочем, кнопки отключения на генераторе фантомов просто не было.

И надо же, чтобы именно Мако вышел на закрытое широким козырьком крыльцо жилого блока подышать свежим воздухом, не иначе. Вышел, небрежно запахнувшись в плащ с такой большой, такой хорошо распознаваемой эмблемой своего клана.

Дрогнул воздух, и полторы сотни Ромкиных двойников вышли из пике одновременно, поливая противника иллюзорным огнем!

К чести его надо сказать, Мако не растерялся и вместо воплей и закрывания лица руками поставил щит и нанес ответный удар. А потом, поняв, что удар прошел насквозь, просто развеял атакующую его иллюзию — элементарный фокус, до которого, однако, не додумались ни преследовавшие Ромку пилоты перехватчиков, ни, если честно, сам Ромка.

— Школа, — с довольной улыбкой произнес Мако, глядя на медленно снижающийся болид, на этот раз, для разнообразия, настоящий, и на то, как мешком валится с него на траву под струи дождя еле живой ездок. — Требую подтвердить факт розыгрыша с целью унижения. Требую отметить вызов на дуэль с моей стороны.

* * *

Они подошли к нему перед утренней пробежкой в парке — вся группа, кроме, разумеется, Мако — все двенадцать человек, как один. Несмотря ни на что, Ромка вдруг понял, что улыбается — просто стоит и улыбается до ушей, как последний дурак. Все подошли. Все. И им наплевать, что они повернулись спиной к сильному и поддерживают слабого. Вот вам! Чего-то он, Ромка, в этом мире добился.

— Мы посоветовались, — сказала Векки. — Ты должен покинуть Школу.

Остальные ребята молчали, сгрудившись у нее за спиной.

— Я…

— Это не позор, — перебила его Сиала. — Можно отступить, когда противник имеет абсолютное преимущество. Наоборот, глупо было бы драться.

— Спасибо.

— И все? — уточнила Векки, когда стало ясно, что Ромка не собирается продолжать.

— Все, — сказал Ромка. — Мне некуда отступать.

— Мы что-нибудь придумаем, — сказал Оми. Вот уж от кого Ромка не ждал поддержки. Змея — второй после Кабана противник Рыси. А ведь прямо предлагает защиту… И это не ловушка — с двумя лисичками под боком любая ложь мгновенно будет раскрыта.

— Спасибо, — повторил Ромка. — Вы молодцы, правда. Только мне некуда отступать — в широком смысле. Я буду драться, и я намерен победить.

— Это тебе не Катар, — заметила Варна, — его не обмануть…

Но Ромка видел: в голове у лисички уже крутятся колесики интриги: что он задумал, как, как бы я это сделала? в чем подвох?

«Да они уже верят в мою победу!»

* * *

Самое мерзкое занятие на свете — бегать по городу в праздничный день. Все отдыхают. Ты — нет. Все ходят неторопливо и с достоинством.